Онлайн книга «Семь футов под килькой»
|
Ларина вздохнула: — Чужая душа – потемки. — Вы же сестры! — И что? У каждой давно уже была своя жизнь. Оля богатая, нигде не работала, детей не завела, все заботы – о своей красоте и привлекательности. А я четверть века в школе пашу, мужа нет, одна тяну сына… Много ли у нас общего, как думаете? Родители наши умерли, и мы с сестрой виделись редко, да и созванивались лишь время от времени. — Но, может быть, она говорила вам, что чувствует себя несчастной и недовольна своей жизнью? — Да кто же доволен своей жизнью? – Татьяна Петровна громко фыркнула. – У кого суп жидкий, у кого жемчуг мелкий… — А у Ольги что было? Какие причины чувствовать себя несчастной? — У Ольги был любимый муж! Витенька ее ненаглядный! – Ларина скривилась. Видно, Витенька ей не нравился. – Двадцать лет она с него пылинки сдувала, хороводы вокруг водила – Витенька то, Витенька это… А Витеньке пятьдесят стукнуло, как говорится, седина в бороду, бес в ребро. Надоела ему старая жена, на свежее мясо потянуло. — Ольга узнала, что муж ей изменяет? — Она так думала. Жаловалась мне на разные подозрительные мелочи. То Витенька слишком поздно пришел, то целый день на звонки не отвечал, то она у него в машине розовый лепесток нашла, хотя ей он букетов уже сто лет не дарил… А как там на самом деле было – не знаю, я в их отношения никогда не лезла. Но и в любовь неземную никогда не верила. — А была неземная любовь? – оживился Петрик – большой любитель лавстори. — А как же! Ольгу-то чего к тому озеру понесло? Они с Витенькой там, под ивушками, в первый раз поцеловались. Двадцать лет прошло, а она постоянно на то место приходила, как к святыне какой, сентиментальная дурочка! «Наше место», говорила. С придыханием и закатыванием глаз. – Ларина снова посмотрела на часы и встала. – Все, разговор окончен, мне пора. Мы с Петриком молча проводили ее взглядами. Держа в одной руке увесистый портфель, другой подбирая длинноватую юбку, Татьяна Петровна с трудом забралась на высокие ступеньки трамвая и уехала. — То есть Афанасьева наша была сентиментальной истеричкой, – подытожил Петрик, когда остановка перед нашими глазами опять опустела. – Она лелеяла мечту о великой и вечной любви, а когда узнала, что муж ей изменяет, самоубилась так, чтобы он понял: она покончила с собой из-за него. Интересно, терзается ли вдовец Витенька муками совести? — Надо как-то это выяснить. – Я встала с лавочки. – Вернемся домой – я поищу в интернете информацию о Викторе Афанасьеве. — А я поработаю, мне свежий номер «Модного дома» на верстку прислали. – Петрик оживился. – Там очень интересный материальчик о кожаной обуви! Ты знала, что самый древний такой предмет – ботинок из воловьей кожи, обнаруженный в пещере Арени? Ему пять с половиной тысяч лет! Фасон автор статьи называет мокасинами, но я думаю, это неправильно, ведь мокасины – обувь североамериканских индейцев, а пещера Арени находится на территории современной Армении… За интересным разговором мы не заметили, как оказались дома, а там разошлись по своим комнатам, чтобы засесть за компьютеры. Петрик занялся версткой журнала, а я стала шарить в Сети в поисках информации о вдовце Афанасьеве. Как и следовало ожидать, Викторов Афанасьевых нашлось без счету – и имя и фамилия относились к числу весьма распространенных. На мое счастье, среди подчиненных нужного мне Афанасьева нашелся кто-то услужливый, успевший разместить в городской газете объявление в жирной черной рамке: «Коллектив ООО «Лебедушка» выражает соболезнование генеральному директору Виктору Ивановичу Афанасьеву в связи с трагической гибелью его любимой супруги, Ольги Петровны. Помним, скорбим!» |