Книга Книжный клуб на острове смерти, страница 40 – Виктория Дауд

Повисшую тишину нарушало только ритмичное дыхание моря, воды которого погрузились в глубокий сон. Шторм стих, но из-за непрестанной мелкой мороси воздух оставался влажным и холодным. Мы старались не шуметь и двигались так медленно и осторожно, словно боялись кого-то или что-то разбудить. За пределами отбрасываемого костром круга света царила густая темнота.

Я обвела взглядом лица присутствующих, озаренные темно-янтарными отблесками пламени. Все выглядели изможденными и запавшими глазами смотрели в огонь. Джесс сидела чуть поодаль, крепко обхватив руками колени, словно боялась, что если отпустит их, то может развалиться на части. На ее лице застыло выражение глубокой скорби. Ангел отстал от нее со своими побрякушками и отодвинулся к стене. Прижав руку к груди, будто охраняя коллекцию цепочек, он уже вовсю клевал носом.

В просветах между затянувшими небо тучами показалась луна, серая и гладкая, как устрица, и по земле скользнул лучик света. Потом луна вновь скрылась за иссиня-черной пеленой низких облаков. То и дело долетали порывы соленого ветра, который обдувал лица и трепал волосы. Всякий раз, как глаза начинали слипаться от изнеможения, в меня проникал холод, скользил по спине влажными пальцами, и я, резко проснувшись, обводила взглядом темные окрестности. Перед глазами время от времени мелькали какие-то тени – то безжалостная усталость играла со мной злые шутки. Никогда прежде я не видела подобной темноты. Она казалась почти живой и будто двигалась… или что-то двигалось в ней.

— Ты их видишь? – пробормотал Бутылконос, склонившись слишком близко к моему плечу. – Точно видишь.

Я пренебрежительно откашлялась.

— Ведьмины огни, – прошептал он мне на ухо, выдыхая, похоже, чистый спирт. – Так их называют местные. Они поднимаются оттуда, из болот. – Теперь многие открыли глаза и смотрели на его лицо в свете костра. – Эти огни чувствуют уходящую душу.

Я быстро взглянула на Джесс, но она, погрузившись в собственный мир, по-прежнему ничего вокруг не замечала.

— Тише, – прошипела мама. – Скорее, под землей тлеет торф.

— Кто? – пробормотала тетя Шарлотта, судя по всему, сквозь сон. Впрочем, учитывая ее вечное полудремотное состояние, утверждать наверняка было трудно.

— Все-то ты знаешь, – усмехнулся Бутылконос. – Конечно, из своего Лондона тебе виднее.

— Я не говорила…

— Конечно, нет, мисси. Ты утверждаешь, что ведьмы, фейри и келпи не существуют. И ты уверена, что в темноте ничего нет. Никаких теней, которых стоило бы бояться. – Он склонился к маме и пошевелил губами, как будто пережевывал слова, потом вытер губы грязной ладонью. – И все же ты боишься. Так, мисси?

Мама отпрянула.

— Может, зря мы устроились здесь, возле северной стены церкви? Это сторона дьявола.

— Глупости! – отрезала Мирабель. – Да вы не отличите один конец компаса от другого!

— Неужели, девочка? – Бутылконос огляделся. – По-моему, мы на Орлоне. Сейчас этот остров необитаем, хотя не так давно здесь жила великая и ужасная ведьма.

— Постойте, – вмешалась Бриджет, укачивая спящего песика. – Вы в самом деле знаете, где мы?

— Любой моряк обязан знать, где находится.

— Правда? – с притворным удивлением протянула Мирабель. – Так после подобного провала вы до сих пор считаете себя компетентным мореплавателем? – Она вопросительно подняла брови. – Я-то думала, любой моряк, столкнувшись с таким штормом, повернул бы назад. И даже, вероятно, вышел бы в море трезвым.