Книга Ребро, страница 91 – Влада Ольховская

Однако телефоны молчали, вестей не было, и становилось все очевиднее, что ничего нового не случится, пока я не свалю.

На побег я решился почти спонтанно – просто почувствовал, что готов, и не стал медлить. Я не хотел долго ждать и все перепроверять по двадцать раз, боялся выдать себя нервозностью. Я лишь дождался того момента, когда ночь переходит в утро – в это время в доме обычно становилось особенно тихо, и даже охрана, теперь многочисленная, лениво подремывала на своих местах.

Я бежал налегке. Большую часть своих вещей я оставил здесь, любая сумка здорово замедлила бы меня. Это не было такой уж большой проблемой: я мало в чем нуждался, у меня были деньги, чтобы купить необходимое. Да и вообще, с самого возвращения из того мира меня не покидало ощущение, что с двумя руками можно добыть что угодно.

Я выглянул из своей комнаты, прислушался. В доме было предсказуемо тихо, лишь где-то далеко приглушенно работал телевизор. Это не удача, так и должно быть, здесь так каждая ночь проходит. Я поспешил к лестнице, не основной, просматривавшейся отовсюду, а к пожарной, узкой и темной, редко используемой. Я знал, что она выведет меня к двери в сад. Дверь эту, конечно, запирали и днем, и ночью. Но ключ был мне не нужен, изнутри она открывалась легко.

Сад встречал меня темнотой, разреженной разве что светом низких круглых фонариков, разбросанных вдоль дорожек. Но фонарики эти были в большей степени декоративные, не чета ярким прожекторам, освещающим парковку и основную дорогу, ведущую к воротам.

В другой сезон, когда деревья и кусты покрыты пышной листвой, задача моя стала бы совсем простой, спрятаться здесь – раз плюнуть. Голые ветки служили не таким хорошим укрытием, но тоже не худшим. Я двигался только по земле, на дорожки не выходил. Это спасало меня от света, а влажная почва, покрытая пожухшей травой, добросовестно глотала звук моих шагов. Мне нужно было пройти не так уж много, добраться до забора, его я с легкостью перескочу – с двумя руками-то! И тогда, тогда…

Я так и не узнал, что будет тогда. Возле забора меня уже ждали человек десять охранников, растянувшихся живой цепью по периметру участка. Они ничего не выискивали, они совершенно точно знали, что я сейчас появлюсь.

Зараза, мать их за ногу!.. Я не сомневался, что ничем не выдал себя, не допустил ни одной ошибки. А значит, за мной просто следили днем и ночью, когда я думал, что они заняты. Они знали, что я сбегу, под вопросом оставался лишь срок.

Понятно, что это невозможно было угадать, и все равно я чувствовал себя идиотом, попавшимся чуть ли не на детскую уловку. Чтобы сохранить хоть какую-то видимость гордости, я не устроил драку. Куда мне одному тягаться с десятком хорошо вооруженных дуболомов? Я выпрямился, расправил плечи и вышел на открытое пространство перед забором.

Среди охранников не было ни одного знакомого, но это мало на что влияло, не думаю, что и знакомые пошли бы мне навстречу.

— И что теперь? – спросил я.

— От тебя зависит. Пойдешь обратно сам – ничего. Попытаешься строить из себя беглого каторжника – ноги сломаем. Чуть-чуть.

— Ноги в это вмешивать не надо, – поморщился я. – Сам пойду.

Громов, видно, не любил нарушать свой здоровый сон, потому что его посреди ночи будить не стали. Видимо, мой побег не считался достаточно важным событием. Меня просто заперли в комнате до утра, и уж тут было не дернуться. Оставалось только ждать… непонятно чего.