Книга Скала и ручей, страница 49 – Татьяна Николаева

Элина улыбнулась, поправила ему выбившуюся волнистую прядь.

— Я хотела просто понять тебя. Больше никто из охотников меня не интересует.

— А ты не замечаешь, что история твоей сестры повторяется?

Осторожно высвободив руку, он поднялся, и Элина тоже встала, не зная, куда спрятать руки, испуганно прижала их к груди. Ринат мягко взял ее за локти и заговорил тихо-тихо, пристально глядя в глаза:

— Я не слепой, Элина, и давно уже не маленький, чтобы не понять, что между нами происходит. Милана точно так же полюбила охотника, старалась ради него, хотела, чтобы он отвечал ей такой же любовью. Но он не смог долго обманывать ни ее, ни себя. Поэтому он разорвал отношения, потому что очень трудно жить в постоянном вранье. Я не оправдываю его, но уже не впервые пытаюсь тебе объяснить: нам чужды чувства и эмоции, но мы хорошо знакомы с честностью. Выбирая бессердечного человека, ты выбираешь игру в одни ворота, крик в пустоту, бег без конца и без цели. Я могу тебе многое рассказать об охотниках, если тебе действительно интересно, как мы живем и как видим этот мир. Но знание, полученное экспериментом, иногда стоит слишком дорого. Неоправданно дорого.

Элина слегка сжала его запястья и заглянула в глаза снизу вверх. Он почувствовал, как стало горячо внутри, хотя руки ее были холодны, как утренняя роса на перевале.

— Ринат! Как ты вообще мог подумать про эксперименты! — прошептала она с плохо скрываемой горечью. — Артур никогда не рассказывал… ммм… Милане про то, как он видит этот мир, что чувствует и чувствует ли вообще. Никогда не говорил с ней о любви. Я никогда не могла понять, почему он так играет с ней, а она была ослеплена любовью.

— Откуда ты так много о них знаешь? — прищурился он.

Элина повертела край пестрого платка, отведя глаза.

— Мы с сестрой были очень дружны…

Он устало выдохнул и потер виски. Только скрип деревянной колыбели нарушал тишину глухой таежной ночи, наполненной шорохами, стуками, далеким плеском реки и перезвоном колокольчиков пхади. Ринат не знал, что ответить, и тишина грозила сделаться неловкой, однако неожиданно что-то негромко стукнуло в окно. Они одновременно вздрогнули и обернулись. Внизу, на улице, стоял хозяин постоялого дома Рави с небольшим камнем в руке, намереваясь кинуть еще один. Ринат высунулся и приложил палец к губам, а пхади, увидев его, принялся размахивать руками и строить страшные рожи.

— Кто там? — обреченно вздохнула Элина. Такой важный разговор вновь обрывали на полуслове.

— Рави, хозяин дома, где мы остановились.

— Что ему нужно?

— Если бы я знал.

Пхади тем временем продолжал изображать невразумительную пантомиму, и Ринат показал, что сейчас спустится. Попросив Элину побыть с маленькой, он быстро зашнуровал ботинки и вышел. Оглянулся на окно и, конечно же, увидел мелькнувший за ним силуэт любопытной девушки.

Рави стоял внизу, грыз дикое яблоко, от одного вида которого сводило скулы, переминался с ноги на ногу и всячески нервничал. Как только охотник показался на крыльце, он незамедлительно бросил яблоко и кинулся к нему:

— Ринат-ахатай! Беда! Бегите, уходите отсюда!

Лицо у него, живое, подвижное, как у всех горцев, было такое, будто он встретил по меньшей мере айдаса или стаю волков.

— Да что случилось?

— Твой белый господин убил другого белого господина!