Книга Тайна кошачьего братства, страница 59 – Евгений Фронтикович Гаглоев

Оказалось, что все-таки падают!

Дарина, Триш и Пима пришли к кузнецу Дормидонту около десяти часов вечера. Дарине пришлось по пути еще свернуть к ближайшему лесному озеру, чтобы хоть немного смыть с себя сажу. Старик тут же повел друзей в трактир «Ржавая подкова», стоявший на другом краю деревни, недалеко от дороги.

Трактир представлял собой слегка покосившееся двухэтажное здание с примыкающими к нему гаражом и конюшней. В большом зале царил легкий полумрак. Дарина подумала, что здесь, наверное, бывают разбойники с большой дороги, а им не по нраву чересчур яркое освещение.

Несмотря на заверения Дормидонта Эклектия, в «Ржавой подкове» оказалось довольно много посетителей. В основном путешественники, оказавшиеся в деревне проездом, но сидело много и местных жителей.

Дарина, Триш, Пима и Дормидонт сели за столик возле закопченного окна, подальше от чужих глаз. Вскоре к ним подошла официантка, и они заказали у нее чай с вишневым пирогом. Дормидонт еще попросил для себя большую кружку яблочной наливки. Официантка кивнула и удалилась.

Дарина с любопытством вертела головой. Никогда в жизни ей еще не приходилось бывать в подобном заведении.

Неподалеку от них сидела явно не местная женщина в длинном черном кружевном плаще с широким капюшоном, скрывающим лицо. В женщине чувствовалась элегантность и аристократичность, которых точно не было у теток из Белой Гривы.

Дальше за столиками расположились старые вояки из деревенских. Некоторых из них воспитанники приюта знали в лицо. В драных шинелях, обвешанные тяжелыми потускневшими орденами, вояки представляли собой очень необычное зрелище. Они громко хохотали, то и дело опрокидывали в себя большие глиняные кружки, ругались на чем свет стоит, а некоторые уже лежали на полу, не в силах подняться. Наверное, сильно хотели спать, ведь время было позднее.

Трактирщик Всеслав, огромных размеров человек с длинными седыми усами и большим животом, принес ребятам чистые тарелки для пирога и начал расставлять их на столе.

— Добрый вечер, Всеслав, – поздоровался с ним кузнец Дормидонт.

— И тебе вечер добрый, Дормидонт! – радушно кивнул трактирщик. – Кто это с тобой?

Он показал на притихших детей.

— Да вот, внуки приехали погостить, – и глазом не моргнул Дормидонт. – Дети моей непутевой дочки.

— Той, что сбежала в края берберийских кочевников?

— Ага, – подтвердил кузнец.

— Нечасто у нас останавливаются жители других провинций, – сказал Всеслав, пристально разглядывая детей. – И как вам наша деревня?

— Очень даже ничего, – ответила за всех Дарина.

— Небось, совсем непохожа на ваши дикие места?

— Непохожа, – пролепетала Дарина и легонько пихнула под столом кузнеца Дормидонта.

Пора было срочно менять тему разговора! Дарина понятия не имела, как поживают в своих землях берберийские кочевники, а Всеслав, похоже, собирался расспросить ее об этом со всеми подробностями.

— А у меня ведь разговор к тебе имеется, Всеслав, – тут же сказал Дормидонт.

— О чем это? – спросил трактирщик, протирая стол влажной тряпицей.

— Ты знал ведьму Амалию?

Трактирщик вытаращил глаза.

— С чего это ты вдруг заинтересовался этой старой историей, Дормидонт? – недоуменно спросил он. – Оно ведь знаешь как… Не вспоминай про разную чертовщину, особенно на ночь глядя, и чертовщина к тебе не привяжется.