Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 35 – Лео Сухов

— Он шептун, — тихо сказал я Меоли, а она вздрогнула и, посмотрев на меня с нечитаемым выражением лица, кивнула.

Старик, словно услышав меня, а может, всё-таки и услышав, повернул голову и вновь посмотрел на нас колючими глазами. Однако тут же вернулся к своему бормотанию. И да, он не был похож на доброго целителя-шептуна. Скорее, на того, кто знает цену тьме и умеет с ней разговаривать.

Шептуны — не организация, не церковь и не гильдия. Шептуны… Это шептуны. Все ведь знают сказки, что силы шептуна передаются по наследству? Вот и я знаю эти сказки… А так ли это на самом деле? На этот вопрос не даст ответа ни один шептун.

Но иногда люди становятся шептунами. Иногда ими становятся хорошо знакомые тебе люди. Казалось бы, ну как может стать шептуном мужчина лет сорока, с которым ты год, день за днём, ходишь в бой? Но стал же… А ещё в тот день погиб другой шептун.

Спешившись, мы с Меоли повели переханов под навес для животных. А затем направились в главное здание. Контраст был разительным. Если двор жил в режиме активной тревоги, то внутри царила обычная бытовая суета, правда, с одним отличием. Все служащие, от трактирщика до половых, были бледны, напряжены и двигались с той же собранностью, что и люди во дворе. А взгляды то и дело скользили к закрытым ставням из тростника.

А вот гости — а их было немало, судя по трём большим группам, занявшим разные углы зала — казалось, тревоги не разделяли. Это были караванщики. Они громко разговаривали, ели, пили и смеялись, словно отдыхали в совершенно безопасном месте.

Я подошёл к стойке, где сухопарый слуга с трясущимися руками, используя простенькие счёты, что-то старательно вычислял.

— Две комнаты на ночь. Ужин и завтрак, — сказал я, положив на стойку несколько монет.

Слуга молча кивнул, выдал нам два грубых ключа и сделал пометку. Пока он отдавал распоряжение о еде, я наклонился к нему чуть ближе.

— Скажи, что здесь происходит? Откуда тела? И этот… старик? — я чуть кивнул в сторону, где у входа в зал стоял шептун, не переставая бормотать.

Слуга вздрогнул и понизил голос до шёпота, полного отчаяния:

— У нас тут такое… С гор, с Железного Кряжа, уже пятый день кто-то спускается. Приходит вместе с этим проклятым туманом. Мы их не видим, но слышим. В первый день убили троих у самых ворот, стражника и двух погонщиков. Просто… Люди как будто растворились в белом тумане, а когда он отступил, остались только тела. Эти непонятные приходят с туманом, шепчутся в нём… — он сглотнул, и по сухой морщинистой шее прокатился кадык. — Хозяин послал гонца в Илос, привезли этого… шептуна. Говорят, он знает, что делать с такими тварями. Но пока ничего не помогает… Вчера ночью… Вчера ночью, несмотря на шептуна, убили ещё троих.

Слуга посмотрел на меня каким-то затравленным взглядом:

— Советую тебе и твоей спутнице не выходить из комнат. Запритесь. Не выходите, если только… Если только не увидите, что из-под двери или из щелей в стенах сочится туман… Тогда бегите. Бегите прочь и ищите место, где его нет.

— Спасибо за совет, — кивнул я взглядом на веселящихся торговцев. — А эти?

— Не верят нам!.. — отозвался служащий, неодобрительно покосившись в зал. — Говорят, это всё сказки.

Я благодарно качнул головой и забрал ключи. А потом, взяв у окна на кухню две миски с ужином, молча повёл Меоли к столу. Однако по пути нет-нет, да слышал, что говорят караванщики.