Книга Игра клеток, страница 156 – Гарри Конолли

Все больше рук и ног просовывалось сквозь растущие проломы в стене. Домашние животные, которые ломились во внутреннюю дверь церкви, отошли, вероятно, чтобы обойти здание. Они пинали и колотили в стену и дверь, а затем начали пытаться пролезть внутрь. Все, что я мог сделать, это ждать.

Я протянул руку и нажал "Воспроизвести" на портативной стереосистеме Долана. Это была старомодная стереосистема, на которой проигрывались компакт-диски. Через пару секунд заиграла испанская гитарная версия "Рудольфа красноносого северного оленя". Праздничная музыка? Это была еще одна причина ненавидеть мир. Я наблюдал, как домашние животные врывались в дом.

Ожидание было невыносимым, а от моей беспомощности и страха мне хотелось кричать. Я не стал. Я остался тихим и неподвижным и направил все, что у меня было, в яростную красную ярость.

Если бы только передо мной был Зан или Страуд, человек, который подарил Реджине хищника много лет назад. Независимо от того, подходил я им или нет, я хотел встретиться с ними лицом к лицу. Благодаря им сапфировый пес был здесь и жив, и, возможно, он снова вырвется на свободу и будет делать это снова и снова по всему миру. Все эти смерти и страдания были причиной того, что общество боролось и убивало. Из-за этого. Этот.

Но я не мог выплеснуть свой гнев на Зана или Страуда, потому что их здесь не было, у меня были только обезумевшие, разоренные жители Уошэуэя. Я знал, что домашние животные не контролировали себя. Я знал, что сапфировый пес действительно виноват в смерти Маленького Марка и многих других людей. Но мой гнев был нелогичен, и он был таким ужасающе сильным.

Кто-то рывком распахнул изрешеченную пулями дверь, сорвав петли и открыв пространство, достаточное для того, чтобы в него мог войти человек. Это был Буши Билл Стуки, и я был почти благодарен ему за то, что драка наконец-то началась.

Он положил свои мясистые руки на металлический стеллаж и толкнул его, скребя по мокрому кафельному полу. Другие толкали его, чтобы он мог пройти, и к тому времени одно из отверстий в стене стало достаточно большим, чтобы в него могли протиснуться еще люди.

В этой первой волне были только мужчины, все сильные и грузные, с бейсбольными битами, прикладами винтовок и железными молотками. Они шлепали по воде, карабкаясь ко мне по опрокинутым металлическим полкам. Кто-то снаружи издал пронзительный инопланетный боевой клич, и все подхватили его. Они с воем бросились на меня.

Я сбросил портативную стереосистему со стола. Она упала в воду, все еще лившуюся из трубы над головой, и расплескалась по кафельному полу.

Девять мужчин застыли на месте, их мускулы напряглись. Я тщательно пересчитал их, чтобы не забыть. Крупная, мускулистая женщина протолкалась сквозь толпу и вошла в воду. Она поморщилась и резко выпрямилась. Десять.

Затем в комнате стало темно и тихо. Все повалились на металлические полки, а женщина упала спиной в дверной проем, расталкивая толпу позади себя. Спасибо, что спасли их от сапфирового пса.

Единственным источником света, который у меня оставался, был дневной свет, проникавший через дверь и поврежденные стены. Люди, пробивавшиеся в комнату, теперь казались лишь силуэтами, подсвеченными сзади. По крайней мере, мне не пришлось бы видеть их лица.