Книга Ворн. Искатель, страница 106 – Катэр Вэй

— Предательство… — процедил Влади-мир сквозь зубы, чувствуя, как гнев обжигает его изнутри.

Он подозревал, что старый альбинос, глава Кардиналов Империи, давно разгадал его замысел. Его послушники словно крысы прогрызлись в его планы, саботируя каждый шаг. Но гнев — плохой советчик. Влади-мир это знал. Слишком часто его ярость приводила к непредсказуемым последствиям.

Он почувствовал, как его дар, его проклятие, его оружие, рвется наружу. Комнату затрясло, воздух наполнился электрическим напряжением. Он с трудом сдерживал свою силу, способную превратить сталь в песок. Фарфоровые статуэтки, стоявшие на каминной полке, обратились в пыль. Деревянные панели на стенах издали жалобный треск, готовясь рассыпаться под давлением его силы. Влади-мир сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь удержать ярость в узде. Судя по обугленному телу гонца, которое сейчас расплывалось черной лужей у трона, получалось плохо.

Перед его внутренним взором возник образ старого Кардинала — Шагира, хитрого и безжалостного. Альбинос с мертвенно-бледной кожей и пронзительными красными глазами казался воплощением зла. Он был главным идеологом Империи, ее серым кардиналом, плетущим интриги и направляющим политику. И именно он, без сомнения, стоял за провалом его планов. Ярость, которая захлестывала Влади-мира, была не только личной, но и политической. Поражение Вильяма — это удар по его самолюбию, по его вере в свою способность вернуть утраченное величие.

Гордей, наблюдавший за Влади-миром, понимал, что тот находится на грани. Он подошел ближе, стараясь не привлекать лишнего внимания. Его присутствие всегда действовало на короля успокаивающе. Даже в самые тяжелые моменты жизни Гордей оставался для него якорем, не позволяя окончательно утонуть в пучине безумия.

— Влади-мир, — произнес Гордей тихим, но твердым голосом, — сейчас тебе нужно хладнокровие. Поддайся гневу, и ты потеряешь все.

Влади-мир закрыл глаза, сделал глубокий вдох и попытался сосредоточиться. Образ Шагира постепенно рассеялся, уступая место планам и стратегиям. Ему нужно было действовать разумно, а не импульсивно. Он должен был перехитрить Кардинала, разыграть свою карту так, чтобы у того не осталось шансов на победу.

— Ты прав, Гордей, — произнес Влади-мир, открыв глаза. — Гнев — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Что ты предлагаешь?

Гордей кивнул, одобряя его решение.

— Нам нужно действовать быстро и решительно. Мы должны нанести удар по Империи, пока она не успела оправиться от нашей дерзости.

— Какой удар? — скептически спросил Влади-мир. — У нас нет сил для полномасштабной войны.

— Нам и не нужна полномасштабная война, — ответил Гордей. — Мы можем использовать наши преимущества: скорость, скрытность и… неожиданность.

Советник подошел к карте, разложенной на столе.

— Наш флот — немногочисленный, но быстрый и маневренный. Мы можем использовать его для серии диверсионных рейдов на имперские порты. Уничтожить склады, корабли, посеять панику и хаос.

— Хорошо, — согласился Влади-мир. — Пусть адмирал готовит корабли. А что с армией?

— Армия должна занять оборону и готовиться к отражению возможного наступления, — ответил Гордей. — Но одновременно с этим мы можем организовать партизанские отряды и отправлять их в тыл врага. Они должны нарушать коммуникации, устраивать диверсии, сеять беспорядки и поднимать восстания.