Книга Сокол, страница 68 – Андрей Посняков

К удивлению юноши, господин Якбаал, узнав о побеге Уны, сразу же принялся громко и долго хохотать, хлопая себя по ляжкам:

— Ай да рабыня! Ай, хитра! Что ж, значит, Уна затянула тебя в постель, что неудивительно, ведь она красивая девка, потом связала…

— Сначала чем-то опоила…

— Неважно. Извини меня, друг мой, но попался ты в девичьи сети, как последний простофиля! Ладно, ладно, не обижайся — сбежавшая рабыня вовсе не повод для ссоры. Эко богатство — девка! Куплю других, еще красивее. Да, полагаю, и не денется она никуда — везде в оазисе мои люди.

— Она воспользовалась моей одеждой и колесницей, — шмыгнув носом, напомнил Максим.

— Ах, да… Я же и говорю — хитрунья! Не бери в голову, но уж теперь придется тебе потруднее: корабль Бекенхонсу, полагаю, уже давно отчалил, так тебя и не дождавшись. Придется теперь тебе самому искать попутное судно — ждать некогда, скоро начнется большая война. И ты должен успеть сладить дело до ее начала.

— Слажу, — хмуро кивнул молодой человек. — Добраться бы…

— Доберешься! — Якбаал похлопал его по плечу. — Я дам тебе золотые браслеты и несколько ожерелий — хватит расплатиться с самым привередливым корабельщиком.

К своему удивлению, попутный корабль юноша отыскал достаточно быстро — барка торговца вином Имхотепа из Сина как раз направлялась в Уасет, а именно оттуда должно было отправиться войско молодого южного царя Ка-маси, сына Секеннера. В пику северным захватчикам Ка-маси, как и его отец, упорно именовал себя фараоном — властелином всей Черной земли, хотя фактически ему подчинялись только некоторые южные номы. Остальные же сочувствовали и были б вовсе не прочь поддержать молодого царя в его войне с хека хасут… если б военные действия сложились удачно.

Как и всегда в период смуты, кроме регулярных армий по всей стране бродило множество непонятно каких отрядов, по сути — разбойничьих шаек. Время от времени они примыкали к той или иной стороне, а чаще всего действовали на свой страх и риск, по принципу многочисленных «батек» времен Гражданской войны в России: «Бей белых, пока не покраснеют, бей красных, пока не побелеют». Вот таких бандочек следовало опасаться, о чем несколько раз предупредил Якбаал. Потом обнял юношу на прощание:

— Да не оставят тебя своими милостями Сет и другие боги!

Судно имело несколько якорей и, останавливаясь на ночлег, к берегу не подходило — синский купец Имхотеп вовсе не собирался рисковать своим товаром. О плате за проезд договорились быстро, и, когда один из серебряных браслетов перекочевал в заплечную суму Имхотепа, Максим стал на судне самым важным пассажиром. А собственно, других и не было, в смутные времена мало кто отваживался пускаться в дальние путешествия. Что же касается местных, транзитных пассажиров, так им столь быстроходное судно было явно не по карману, перебивались и обычными лодками.

— Эй, Джедеф! — закричал из беседки купец. — Ты что там увидел?

Максим не сразу понял, что обращаются к нему. Джедеф — под этим именем он и пробирался на юг, по заранее разработанной Якбаалом легенде… которой уже воспользовалась Уна и, дай-то бог, успешно.

— Джедеф! Да откликнись же!

Юноша обернулся:

— А, любезнейший Имхотеп, да будет благословен твой Ка! О чем ты хотел спросить меня?

— Не спросить, а позвать. — Купец хитро прищурился и засмеялся. — Сыграем в «змею»? Ну, хотя бы пару-тройку партеек, а? Так и быть, ставлю на кон кувшин своего лучшего хами!