Онлайн книга «Сокол»
|
— Ума набрался! — с неожиданной гордостью отозвался анхабец. — Связался вот со жрецами… — Знаю, знаю, — фараон засмеялся еще сильнее, — с теми, что в храме Хатхор. Ой, не жрецы тебя там привлекают, а храмовые танцовщицы, так ведь? — Ну… — Ах-маси-младший запнулся. — Ну, так будем смотреть то место? — Ох, надо бы тебя женить. Кстати, хочу тебя предупредить, друг мой: жена моя, Тейя, кажется, всерьез озаботилась этим делом. — О, государь! Я ведь еще молод! — Ага… А быть командиром гребцов — не молод? — Хохотнув, фараон хлопнул приятеля по плечу. — Давай, вели кормщику плыть… куда там ты хотел. Анхабец выскочил на палубу, послышался плеск весел, и тяжелая барка медленно отвалила от берега. — Могу я нарушить твой покой, о богоподобный? — тут же заглянул в шатер Ах-маси. — Уже нарушил. Что там у тебя в руках? Папирус, кажется? Юноша надул губы с такой важностью, словно сам был царем. И эдак небрежно бросил: — Это моя книга. — Что?! — Я пишу ее уже… мм… уже месяца два. Записываю все, что со мной случается, позже велю высечь на моей гробнице. Вот, послушай… Юноша насупился и, с еще большей важностью развернув папирусный свиток, прочел: — Я вырос в городе Анхабе. Мой отец был воином царя Обеих Земель, покойного Секененра. Я стал воином вместо него, когда я был юношей, еще не женился и спал в юношеской одежде. После же того, как я обзавелся домом, я был взят на судно, ибо я был храбр. И я следовал за царем — да будет он жив, невредим и здоров — пешком, сопровождая его выезд на колеснице… [7] — Молодец! — искренне похвалил приятеля фараон. — Вот и у меня появился придворный писатель. Правда, тебя назвать придворным трудно. Признаюсь — не ожидал! Где ты находишь время? — Ну, когда придется… — Господин, — робко спросили с палубы, — мы прибыли. Велишь причалить? — А что же делать-то? — удивленно присвистнул юный начальник гребцов. — Причаливать, конечно. Государь, позволь мне сопровождать тебя! Ах-маси-старший усмехнулся: — Конечно, позволю. Уж не думаешь же ты, что я собираюсь тащиться один неизвестно куда? На берегу образовалась целая процессия — ну как же, царь! Кроме самого фараона и его литературно озабоченного дружка впереди шли двое лучников, а позади — десяток воинов и трое жрецов Амона. Так, на всякий случай… Идти пришлось недолго, путники лишь обошли несколько гранитных глыб — остатки каких-то древних развалин — и, свернув, оказались в их же тени. — Вот! — Скорбно поджав губы, анхабец обвел рукой раскинувшееся впереди поле, вместо всходов покрытое песком… и трупами. Трупов было много — мужчины, женщины, дети — судя по-всему, жители Черной земли, египтяне… И ни у одного не было головы!!! Увидев это, фараон пошатнулся: — О, боги! Что же это? — Это пленники из наших земель. Хека хасут отрубили им головы. Наверное, затем, чтобы эти несчастные никогда не попали на поля Иалу! — Юный Ах-маси покачал головой. — Ходят слухи, что захватчики поступают так со всеми пленными. Это неправильно! Это — противно богам, но хека хасут делают так! Поэтому все наши стараются больше не попадать в плен. И сами не берут пленных. — Их можно понять, — согласно кивнул царь. — После такого кощунства… Отрубить голову… Тело без головы. Да как же оно может быть хранилищем души, гарантом загробной жизни? Ну, ясно — никак. Веря в это, жители Черной земли относились к своему телу трепетно — особенно к своему мертвому телу. Его следовало обязательно сохранить, забальзамировать, выстроить пышную гробницу — Дом вечности, да мало ли что еще… Нет нетленного тела — нет и загробной жизни, что тут непонятного? Потому-то египтяне не очень-то любили дальние военные экспедиции или — не дай-то боги! — морские плавания. А вдруг корабль пойдет ко дну? И что тогда с телом? С загробной жизнью? Кто тогда будет гулять по полям Иалу? Уж точно — не утопленник! Воистину все моряки — отчаянные сорвиголовы и люди не совсем в своем уме. Воистину так… Лишить жителя Черной земли его мертвого тела… гнусней этого, наверное, не было преступления! И — вот оно… |