Онлайн книга «Сокол»
|
Ну, узнали так узнали — в конце концов, чем плохо-то? Сам живой бог ведет свое войско к победе — что еще может больше воодушевить воинов?! — Войска мятежников собрались вот здесь, — на привале военачальник Пасер чертил на песке схему. — Сразу у плоскогорья. Мы появимся там внезапно, вот по этому проходу, и клянусь Амоном… — Стой! — Макса словно что-то ударило в голову. Какая-то мысль… Какая? О, боги… помогите ее ухватить! Юноша внимательно посмотрел на схему: плоскогорье, река, ущелье… ущелье… да-да… а над ним нависают скалы… а на скалах… что на скалах? Вот именно — что? Огромные каменные блоки — вот что! Нет, мятежники вовсе не собирались строить среди змей храм или крепость! О, нет — столкнуть глыбищи на войско Уасета — вот их основная идея! — Пасер, кто проводил разведку? — У нас есть глаза и уши в стане сетиу! — Эти глаза и уши навязывают вам свои мысли! И это — мысли предателей! Немедленно остановить войско — впереди ловушка! Прямо вот в этом ущелье нам на голову обрушатся камни! — Но господин. Там неоткуда взяться камням! — Есть откуда. Максим ненадолго задумался и решительно взмахнул рукой: — Пусть первые ряды пехоты постепенно идут к ущелью… медленно-медленно… Ты присмотришь за этим, Пасер! — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин! — Я же поведу остальных в обход. Начальника колесниц сюда! — Я здесь, повелитель. Только прикажи — и мы размолотим врагов в пыль! — О, верный Секенрасенеб! Вперед же, и пусть воины колесниц знают — путь труден и каменист. Вскочив в колесницу, Максим — Великий фараон Черной земли Кемет Ах-маси Первый — обвел своих воинов царственным взглядом и, кивнув вознице, покрепче ухватился за передок повозки. Осторожно переваливаясь через мелкие камни, колесницы выбрались на равнину и, быстро набирая скорость, помчались к Змеиному плоскогорью. И только красная песчаная пыль поднималась под копытами лошадей. Они победят, победят, несомненно, и с победой, с триумфом, вернутся под стены Уасета. И тогда горе предателям! Настоящий амулет — золотой сокол — в руках истинного царя Египта, у Сетнахта же, за которым маячат уши хека хасут, — лишь жалкая фальшивка! Никаких сомнений в успехе у Макса не было, одно лишь тревожило сейчас — как там Ах-маси, тезка? Удастся ли его разведчикам быстро отыскать заброшенный храм Птаха? Вызволить царицу-мать… Она там, там, юноша это чувствовал! Они ударили мятежникам в тыл, свалившись как снег на голову! Нет, как вода, внезапно прорвавшая дамбу! О, как верещали враги! Как они испуганно оборачивались, ничего толком не понимая. Ну ясно — хотели заманить войско Уасета в ловушку, а оказались в ней сами! Удар колесниц! В копья! С налета! Затем воины спешились. Сомкнулись щиты, и тяжелые копья закачались параллельно высохшей от зноя земле. Вперед, сыны Амона! Колыхнулся над головами воинов знаменитый штандарт — золотая голова овна. И от мерной поступи тяжелых копьеносцев задрожала земля. Легкие пехотинцы и всадники сетиу оказались окружены, вырваться уже не сумели. Нет, конечно, видно было, как то тут, то там организовывались очаги сопротивления… быстро подавляемые благодаря приказам фараона. Сам живой бог — Максим пока еще даже не понял, приятно ли ему такое сравнение, — стоя в колеснице на возвышении, лично руководил битвой. Отборная гвардия во главе с темнокожим рубакой Каликхой прикрывала царя от возможного прорыва врагов. |