Книга Сокол, страница 190 – Андрей Посняков

— Десять! Двенадцать! Восемь! Переход хода.

Сначала Максим отыграл платье. Затем — одежку анхабца. А уж потом очередь дошла и до самого «везунчика» — уж пришлось ему распотрошить свою корзинку, вытащить недопитое пиво, пару браслетов и… изумительной красоты кораблик, точнее, его часть, кажется, нос, а может быть, и корму — высокую, выделанную с неописуемым изяществом рукою истинного мастера. Проработанную до мельчайших деталей — обшивка, канаты, весло, даже фигурка матроса.

— Откуда у тебя такой? — удивился Макс.

— Нашел. В канале, неподалеку от храма Монту.

— Вот как? Недалеко от храма Монту, значит…

Уже с вечера Макс и Ах-маси, прихватив с собою циновки, с относительным удобством расположились за кустами акации, начинавшимися почти сразу от пристани Города Мертвых. С этой позиции хорошо просматривалась дорожка, ведущая к маячившему шагах в трехстах храму, покрытому резными изображениями изготовившихся к броску кобр. Мерзость, конечно, та еще, но следует признать — красиво. Храм Мертсегер…

Медно-призрачная луна загадочно мерцала в черном бархатном небе, вместе со звездами отражаясь в такой же черной воде Великого Хапи. Невдалеке плескались о песчаный берег волны, и было слышно, как мяукали кошки.

— Кто-то идет, — шепотом заметил анхабец.

— Идет? А как ты видишь?

— А мне и не надо видеть. Кошки! Дозволь тебе сказать, сами по себе они никогда не мяукают — только когда рядом люди. Что-нибудь выпрашивают. Ага!

Ах-маси замолк, да и Максим уже услыхал торопливые шаги. Припозднившийся путник шагал по узенькой, залитой лунным светом тропинке к храму Молчаливой богини. Да-да, именно туда, больше некуда было. Идет уверенно, сразу видно — чихать хотел на змей, кои тут, если верить слухам, обитали во множестве. Те самые — с вырванными зубами. Интересно, кто же это такой? Жрец? Нет, на жреца вроде бы не похож — в парике и плиссированной тунике-калазирисе, жрецы так не одеваются. Человек с виду не бедный.

— Пойдем за ним? — Ах-маси напряженно вытянул шею.

— И что мы скажем жрецам? Этот-то, видно, идет с каким-то делом. Ишь как торопится. И ведь не споткнется же — значит, дорожка знакомая. Подождем. Спешить не будем, сегодня просто присмотримся… к посетителям.

— Как же мы к ним присмотримся в темноте? — резонно заметил анхабец. — Звезды не светильники, а луна не солнце.

Макс хмыкнул и покачал головой:

— А зачем, как ты думаешь, мы взяли с собою циновки?

— Зачем?

— Чтобы спокойно ждать до утра. Завтра день не праздничный, обычный, вряд ли те, кто придет сегодня в храм Мертсегер, останутся там и на весь завтрашний день. Наверняка ближе к утру двинут обратно. Вот тут-то мы их и рассмотрим! Может быть, ты кого-нибудь и признаешь.

— Может быть, — задумчиво отозвался юноша. — А еще можно прикинуться лодочниками.

— Можно, — согласился Максим. — Только осторожно — как бы нам настоящие перевозчики потом не намяли бока!

— Ой, кто бы говорил, только не ты, о величайший! Намяли бока! Бедные будут их морды… в смысле — лица. Бедные — от твоих кулаков.

— Ну уж. — Молодой человек явно смутился. — Тебя послушать, так я тут только тем и занимаюсь, как морды всем бью!

— И еще как бьешь! — Ах-маси тихонько хохотнул и продолжил внезапно начавшуюся беседу уже с некоторым оттенком зависти: — Мне бы так! Вот, позволь, спрошу тебя, как так получается — сколько ты мне ни показывал ударов, сколько ни учил, а все ж мне до тебя так же далеко, как луне до солнца?!