Книга Кольцо зла, страница 116 – Андрей Посняков

— А я ведь заметила, что вы интеллигент… – женщина улыбнулась, – Ой, вот глупая, даже не спросила, как вас зовут.

— Иван Петрович. Иван.

— Я ведь тоже на библиотекарских курсах учусь – Викентий настропалил. Ну и работаю – уборщицей в поликлинике.

— Учеба – хорошее дело, – одобрительно отозвался Иван.

— Да вы сахар, сахар берите. Не стесняйтесь, – Надя подвинула сахарницу с рафинадом и маленькие никелированные щипчики. – Да не ждите, пока остынет, лейте по-простому – в блюдце.

Раничев так и поступил, бросив в чай маленький кусочек сахара и откусив от хрустящей горбушки свежего хлеба с маслицем… Как-то уж больно жирно для простой уборщицы, к тому же имеющей на иждивении несовершеннолетнего сына. Насколько помнил Иван, килограмм масла в те времена стоил рублей шестьдесят, почти столько же – водка; рабочий – хороший профессионал пятого-шестого разрядов – имел в месяц рублей пятьсот, в крупных городах – и до тысячи, сколько же получала уборщица, трудно было представить. Впрочем, чего уж там представлять?

— А сколько вы получаете, Надя, если не секрет, конечно?

— Да какой уж секрет, двести рублей… ну иногда профком чего подкинет.

— Да-а, – Иван покачал головой. – Не слишком-то разживешься с ребенком.

— Зато пионерлагерь бесплатный, ведомственный, по путевке.

— А почему б вам по медицинской части не пойти, Надя? – неожиданно спросил Раничев. – Наверное, смогли б потом устроиться в вашей же поликлинике.

— Да смогла бы… Только не люблю я, Иван, ни крови, ни страданий людских. Тошно мне от всего этого, ох тошно. Бывает, за смену такого насмотришься… – женщина махнула рукой. – Да и сестринских курсов у нас нет, в Рязань надо ехать – а Геньку я на кого брошу?

— Тоже верно, – кивнул Иван. – Ну да и библиотекарем работа ничего – чистая, правда, вот платят мало. Ну так, наверное, и не в деньгах оно, счастье-то, а?

Надя тихонько рассмеялась:

— Уж не в деньгах, точно. Хотя, конечно, деньги бы не помешали… Вы ведь не местный?

— Да живал когда-то, до войны еще. Сейчас вот приехал родичей навестить – а и некого, все померли. Сейчас вот хочу пожить тут с месяцок – наследство оформить.

— Так живите у меня! Я вам мансарду сдам – зимой-то там холодно, ну а сейчас пока морозов сильных не обещают.

— Вот и хорошо бы, – Иван улыбнулся. – Вы не беспокойтесь, я вам заплачу.

— Дорого не возьму, а ежели чуть приплатите, столоваться и у меня можете – все веселее, – Надя взяла со стола керосиновую лампу. – Ну идемте, покажу вам лестницу… Там чистое все постелено, так что не стесняйтесь…

— А с электричеством у вас, я вижу, проблемы? – кивнув на лампу, пошутил Раничев.

— Это не у нас, это на подстанции где-то… Ну во-он наверх лестница, не спотыкнетесь?

— Да уж, постараюсь.

— Удобства во дворе, рядом.

Пожелав неожиданному постояльцу спокойной ночи, Надежда ушла в дом, а Раничев поднялся по крутой лестнице на чердак, в мансарду. Небольшую, но уютную комнатку сквозь оконный переплет освещал уличный фонарь, не особо ярко, конечно, но вполне достаточно, чтобы разглядеть застланную покрывалом софу, небольшой столик, полку с книгами. Иван присмотрелся: Майн Рид, Жюль Верн, Фенимор Купер, еще какие-то детгизовские издания – верно, летом в мансарде жил Генька. Ну что ж – еще с утра не было ни кола ни двора, а вот уже ночью появилось вполне сносное жилище. Осталось решить финансовый вопрос, чуть-чуть приодеться – и можно заняться поисками. Насчет документов Раничев пока не заботился – в частном доме наверняка имеется своя домовая книга, а участковый вряд ли заглянет за две недели, максимум – три. Именно такой срок отпустил себе Раничев для окончания дела.