Онлайн книга «Молния Баязида»
|
Полоняники со вздохом впряглись в лямки. Только Епифан не торопился, отозвал Раничева в сторонку: — Ну? – вроде бы и спросил ни о чем, а так просто. Постоял, поухмылялся: — Вижу, как ты, мил человек, глазьями по сторонам зыркаешь. Мабуть, бежать надумал? — Надумал, – усмехнулся Иван. – Только наобум такие дела не делаются. — Верно глаголешь. Так что мыслишь? — Думаю, нам сейчас надо срываться, пока дичь да урожай, да грибы-ягоды. Месяц-другой – и поздновато будет. Епифан молча кивнул. — Бежать всем надобно – и разными путями. Пускай половят! — А ну как не согласится кто в побег? – сверкнул глазами купец. – Что тогда? Тоже за собою тянуть? — А вот это перво-наперво и выяснить нужно. — Выяснили уже, – Епифан довольно усмехнулся. – Московит Игнатко у меня зря не спит. Девка твоя с нами? — Выяснили уже, – усмехнулся Иван. — Да и немудрено. Куда ж ты грудь да округлости спрячешь? Места эти я немного знаю. Оружье бы нам. — Оружье… – Раничев посмотрел в небо. – Эх, жаль, кистень отобрали! Леса, что к северу от степей начнутся, я тоже неплохо ведаю, бывал. Нам бы только до лесов тех добраться, а там – ищи нас, свищи! — Хорошее дело, – одобрительно кивнул купец. – Стражи наши опять сабли точат да чистят – видно, в набег куда собрались. — Да, – согласился Иван. – На то похоже… — Скажу Игнашке, пущай всех оповестит. — Не слишком ли ты ему доверяешь? — Как и тебе… А Игнашку я давно знаю, крутили дела. — Ну, флаг вам в руки… Сорваться в побег оказалось до невозможности легко, прямо – до глупости. Еще ночью во дворе ржали кони – шайка Армата явно собиралась в набег. К утру уже никого не было, окромя специально оставленной стражи. Иван с Епифаном просовещались ночь напролет, уж все, что возможно, спланировали до мелочей, даже про кузницу не забыли – вон она, на краю двора. — Эй, Кублат, – обратился Епифан к стражу, недалекого ума парню, которого и в набег-то не взяли, оставили вот здесь, сторожить пленных. – Надо бы цепь подковать – смотри, совсем расковался, – купец развел руками, звякнув обрывками цепи. Ух, и пришлось же ему с Раничевым потрудиться ночью – едва вдвоем разорвали, хороши были цепи у Армата Кучюна, что и говорить – орудие производства. Кублат, не думая ничего плохого, – он, похоже, вообще никогда ни о чем не думал, незнаком ему был этот процесс – в развалочку пошел в кузницу, сопровождая Епифана. Другой стражник – Камиль – зорко поглядывал на пленных. Сидел в седле соколом, молодцевато – да только вот не увидел, как зашел чуть позади Раничев. Ждал. Ага… Вот, из кузницы громко позвали Рашада – другого стража, огроменного малого. Спешившись, тот почапал в кузницу… Пора! – решил Раничев и, подпрыгнув, набросился на Камиля, вмиг свалив его наземь. Захрапел, вставая на дыбы, конь… — Все! – подняв окровавленные руки, выбежал из кузницы Епифан. – Бежим, робяты. Кто несогласный – того живенько в амбаре запрем. Несогласных не оказалось. Бежали все. Вышли со двора чин чинарем – Иван с московитом Игнашкой гордо гарцевали в седлах, изображая стражей. Пошли… В голубом мерцающем небе ласково сияло солнце. Стены Азака вскоре скрылись из виду, исчезла и синяя гладь моря, а впереди, по краям, под ногами – степь, без конца и края. Яркие степные цветы, перекати-поле, да горьковатый запах полыни, эх, мать твою, а ведь свобода! |