Онлайн книга «Перстень Тамерлана»
|
Если есть – явно дело нечисто – ведь выходит, здесь, в этом времени, одновременно существуют два перстня, которые на самом деле являются одним. А может, один из них самоуничтожился, как в известном французском фильме с Жаном Рено? Раничев попытался вспомнить, что он как историк вообще знал о средневековых перстнях? Носили их повсеместно как знак, как оберег, как символ. Использовали практически все пальцы, причем в строгом соответствии – главное кольцо надевали на левый безымянный палец, считалось, что именно туда идут кровеносные сосуды прямо от сердца. Остальные кольца носили на всех пальцах левой руки и только на трех – правой. На правой руке Тимура как раз нет двух пальцев – он лишился их еще в молодости в Сеистане, во время одной из бандитских разборок между бродячими шайками-джетэ, тогда же и охромел, получив тяжелое ранение в правую ногу. С того времени и получил прозвище – Хромой Тимур. По-тюркски – Аксак-Тимур, на фарси – по-персидски – Тимур-лонг, отсюда и Тамерлан, как было принято называть Хромца в Европе… Носит ли он перстень с изумрудом? Сказать сложно, даже и расспросы не всегда могут помочь – кольца часто меняли в соответствии с сезоном, обрядами и даже – со временем суток: утром носили одни, вечером другие. Поди тут вычисли. Иван и сам не знал, почему вдруг так взволновал его этот вопрос? Ну, допустим, искомый перстень у Тимура. И что? Что, выкрасть его, неизвестно как, и главное, пока неизвестно – зачем? Что потом с ним делать? Абу Ахмет, вероятно, знает… Только где ж его разыскать-то? И жив ли он вообще? Раничев вздохнул, потом неожиданно улыбнулся. Ведь, наверное, Абу Ахмет был не единственный, кто знал, как использовать перстень. Ведь откуда-то он узнал об этом, кто-то же его научил? А где он раньше жил, и вообще – кто он по национальности? Монгол, перс, турок? Или – узбек? Нет, пожалуй, этой нации еще нет. Спросить Салима? Уже спрашивал. Правда тот отвечал слишком уж кратко. — Абу Ахмет? – Салим удивленно хлопнул глазами. – И что ты про него все выспрашиваешь? Лучше б подумал, как убежать. Да, Абу Ахмет – мой земляк из Ургенча, но почти совсем не жил там. Говорят, двадцать пять лет назад он был сербедаром, которых использовал Тимур, чтобы захватить власть в Мавераннагре… — И с которыми потом жестоко расправился, – продолжил Иван и замолк. А ведь этот Абу Ахмет имеет все основания для того, чтобы сильно ненавидеть Тимура. И может быть, он специально похитил перстень, чтобы уничтожить Хромца или каким-то образом навредить ему… А что? Весьма похоже на правду. Значит: и Абу Ахмет – если он жив – обязательно будет там, где Тимур. А где сейчас Тимур – в ордынских степях, а здесь, под Угрюмовым – его передовой отряд под командованием эмира Османа. Двадцать шестого августа Тимур повернет свое войско назад, в Мавераннагр, уж очень там станет неспокойно, да и корм для коней – поди найди его глубокой осенью? Двадцать шестого августа тысяча триста девяносто пятого года митрополит Киприан велел – вернее, еще только велит – привезти в Москву почитаемую икону Владимирской Божьей матери, ее поместят в Успенский собор – и Тимур отойдет как раз в этот день, а стоявшие у Коломны и со страхом ждущие непобедимые тумены эмира полки московского князя Василия с облегчением вернутся домой. Или, кажется, по пути кого-то пожгут? Ну это, в общем, не важно. Важно другое – Тимур двинется в обратный путь еще до начала осени. Остался примерно месяц. Да еще дорога… Иван прикинул – двинутся на юг, обогнув Приволжскую возвышенность, затем по Прикаспийской низменности, по территории будущего Казахстана, на плато Устюрт, затем вдоль Амударьи, потом повернут на восток, в сторону Сырдарьи, вот между этими реками и будет Самарканд. Концы нехилые! Примерно три тысячи километров. Да по степям, да по пустыням… Правда, в империи Тимура должны быть очень хорошие дороги – это важно для любой империи: связь, возможность быстро перебросить войска, торговля… Раничев вдруг усмехнулся. Подумалось – вот в советской империи были очень плохие дороги, может и это тоже явилось одной из причин распада? В России хороших дорог тоже почти что и нет… |