Онлайн книга «Меч времен»
|
— Ну, хватит, Добронега, хватит! Добронега, хм… Имечко-то, кстати, языческое. Вот все уже поплыли вокруг омута, а Миша-то, между прочим, подмерзать начал — после воды-то да на улицу. Между прочим — вечер, сумерки уже, скоро и совсем стемнеет — вон, и звезды на небе, луна — серебристые пока, но наливаются золотом, а небо синеет, синеет, синеет… Откуда раздался этот звук. Миша не мог бы сказать. С дальнего ольшаника, что ли? Или от излучины… Вот опять! У-у-ух!!! Уу-у-ух!!! Девчонки завизжали, поплыли к берегу… И вдруг — из камышей — им наперерез — лодка! Быстрый приземистый челн! И снова этот звук — у-у-ух!!! у-у-ухх!!! Господи! Так ведь это — как дудка. Та дудка, что Миша сегодня нашел в ройке. И — так кричит водяник! Об этом предупреждал тот хмырь, волхв. Надо, мол, прятаться, говорить какое-то дурацкое присловье и ни в коем разе на водяника не смотреть… Не смотреть… Ах вы ж твари! Из своего убежища Миша увидал, как на несчастных купальщиц накинули сети… хороша рыбалочка! А и водяники — куда как хороши… сволота поганая! Не смотреть, говорите? Ладно… покажем вам — не смотреть! — У-у-ухх!!! У-у-у-хх!!! — доносилось с реки. Уже стемнело, и в самом деле было страшно. И так-то, знаешь, что дудка, а все равно — мурашки по коже от этого — уу-у-ххх!!! У-у-уххх!!! А девчонки визжат… — Помогите!!! Ах вы ж… Не думая больше, Михаил выскочил из кустов, заорал что есть мочи: — Что творите, шильники косорылые? А ну, пусти девок! Заходи справа, братва!!! Про братву — это он специально крикнул, чтоб разбойникам было страшнее. Ишь, суки, нечистой силой прикинулись. — У-у-ухх!!! У-у-уххх!!! Сейчас будет вам — ух! Сейчас, сейчас… Лодочников на помощь позвать, уж не должны бы струсить… — Эй, парни! — Эй… Это кто-то сзади. Миша обер… Нет, не успел. Что-то тяжелое ударило в голову. И темнота. И все… — У-у-уххх! У-у-ухх!!! Глава 11 Лето-осень 1240 г. Нагорное Обонежье Леший …чем дальше от жилья людей, чем дальше от священных мест, тем больше вероятность встретиться с нечистой силой. Опа! Вот так плюха! Ну, снова на больную голову. Миша отпрянул в сторону, как мог дальше, стараясь не попасть в край затянутой зеленой тиной болотины… Супостат дернулся за ним — и увяз! Увяз, увяз, собачина — а нечего нападать на честных людей, как будто другого места для ночлега в ближайшей округе нету. Это, конечно, удобное, кто бы спорил? И рядом с водой, и укромное, и — одновременно — хорошо продуваемое, что немаловажно, речка-то не зря называлась Сясь, что в переводе с языка веси значило — комариная. Однако ладно… Пора бы и гада в болотину свалить, чтоб не рыпался. Оглянувшись на своих активно махающих кулаками попутчиков — заволочских гостей, — Михаил пнул вражину ногой в бок, ничуть не жалея — а нечего было первыми нападать! Да еще — исподтишка, нахрапом. Н-на!!! Упал, завалился, гад — вот, копошись теперь в холодной жиже, так тебе и надо. Хотя… тут таких много, многовато даже — как бы не пришлось хвататься за мечи, похоже, к тому все идет, хотя пока и на кулачках только… Странно, но напавшие на едва разбитый лагерь люди — такие же купцы-торговцы — похоже, вовсе не собирались доводить дело до крови. Вот один снова подскочил к Мише, но кинжала из-за пояса не выдернул, а ведь он был, кинжал-то, вон, в зеленых сафьяновых ножнах. Здоровый мужик! Взгляд звероват, бородища — пегая — лопатой, ручищи — оглоблями. Размахнулся с плеча, ударил… Ага, будет Михаил дожидаться, как же! |