Онлайн книга «Разбойный приказ»
|
Митрия, Василиску и Прошку Иванко-приказчик быстро уговорил ехать с ними до Новгорода. Дескать, чего тут в здешних лесах промышлять? Разве что мести хозяина постоялого двора, татя лесного. — Ну, сами поймите, он ведь вас найдет и убьет, – искоса посматривая на Василиску, убеждал Иван. – И – смею заверить – весьма даже быстро. Где вы тут от него спрячетесь? Всю жизнь по лесам таиться не будете, скучновато, да и навыка охотничьего у вас нет. Тетки-дядьки ваши, что на починке, давно сгинули, о чем – если слышали – говорил мне один из плененных татей, красноухий Онуфрий. Он же поведал и о мстительности хозяина. — Ну, а в Новгороде мы кому нужны? – потупив глаза, спросила Василиска. — Мне! – тут же отозвался приказчик. – И, честно сказать, не так в Новгороде, как в Тихвине. Вернее, поначалу в Тихвине, а потом, может быть, в Новгороде… А может и не быть, если в Тихвине дело сладим… Прошка фыркнул: — Загадками говоришь, паря! — Но в Тихвине точно понадобитесь. Пошто сникли? – Иван хитровато прищурился и, осмотревшись вокруг, понизил голос: – После поговорим. Ну же, решайтесь! А все ваши возможные трудности я возьму на себя. Ежели беглые, так вот они вы, вернулись, на меня за оброк работать будете – Успенской обители архимандрит моему хозяину-купцу благоволит, так что уладим все в лучшем виде, даже не сомневайтесь. — Архимандрит-то благоволит, а Введенская игуменья? – не выдержал Митька. — Инокиня Дарья? – Иван усмехнулся. – Имеется у меня к ней письмецо… Да все уладим, не переживайте. И ведь уговорил, черт сивый! А и то – как в здешних местах после всего случившегося оставаться? Если только себе на погибель, да ведь отчего-то не очень гибнуть хотелось вот так вот, ни за что, ни про что в самом расцвете лет. Примкнувшие к торговому каравану беглецы, с разрешения дьяка, когда уставали, ехали на возах – уж устраивались, как могли, хоть и маловато было свободного места, что и понятно: многие товары везли в Тихвин торговые гости – соль из северных соляных варниц, копченую и вяленую рыбу, лосиные кожи, меха, рыбий зуб, купленное у аглицких немцев сукно, серебро, олово. Вообще, сильно на то походило, что главным в караване был, как ни странно, дьяк – вовсе человек не торговый. Митька сразу заметил, что к нему обращались по всякому поводу, ну, и что касается кратких остановок на отдых – все решал он. Казалось, с чего бы? Митрий присматривался, мотал на ус и вскорости понял с чего. Вообще-то догадаться было не трудно: вся охрана – солидный, вооруженный пищалями и саблями отрядец – как раз и принадлежал дьяку, а вовсе не торговым гостям. Видать, при посещении приказным Архангельска и Холмогор местные купцы смекнули, что можно послать караван до Тихвина, и еще дальше – в Новгород, да быстренько насобирали возы и людишек. Вот только как те собирались возвращаться обратно? На свой страх и риск? Ну-ну… И все же интересно. Вопрос этот Митька, словно бы невзначай, задал Ивану, ехавшему рядом на коне. Тот сразу же ухмыльнулся: — Ага, на свой страх и риск, как же! В июне месяце к Архангельскому городку из самой Москвы ба-альшой караванец пойдет! За рыбой, да за дичиной, да за всем прочим. Давно уж собирались в дальние северные края московские торговые гости. — Московские гости? – изумился Митрий. – А они уже туда не прошли часом? |