Онлайн книга «Не властью единой»
|
— Ну вот, друже Горынко… Я – подмастерье Иван, а это сестрица моя – Марьюшка. Войша, все поняла? — Ясен пень! — Ну-у-у… — Так точно! — Тогда давай, тащи одежонку – выбирать будем. Да, и Архипа кликни. Пришел он уже? Действовали быстро, без нужды кота за хвост не тянули. И полчаса не прошло, как Михаил с Добровоей преобразились – родная мать не узнала бы! Войша напоминала попрошайку – длинная залатанная рубаха на несколько размеров больше висела на ее плечах балахоном, лицо было испачкано сажей, ноги – босы, заплетенные в жиденькую косу давно немытые волосы торчали паклей. Миша посмотрел – хмыкнул: да уж… Да и сам-то он выглядел немногим лучше: сермяжная рубаха, куцые порты, поршни, лохматая башка да за плечами – сиротская котомочка. — Звали, господин… — А, Архип! Звал. На время «исчезновения» запрещено было обращаться по званию, никакого там «господин сотник», просто – «господин». — Остаешься за старшего, друже Архип. На тебе вся служба. Смотрите во все глаза, чужаков отваживайте… Ну, а ежели забредет кто на двор – что делать, знаете. — Не забредет никто, – подал голос Коваль. – Места тут плохие, дичью небогатые, да и за рыбой далековато идти. Одно слово – болото. Вот и не ходит никто. Я вот только – путь до реки спрямить. Тут же и вышли – а чего сидеть-высиживать? Горынко сказал, до темноты всяко к селению успеем. Вот и пошли, обходя краями болота. Потащились по лесным и тропкам, по буреломам да неудобям, по врагам да весям. Лес кругом тот еще был – настоящая чаща! — Войша, ты как босиком-то? – на ходу обернулся Михайла. – Лапти-то в котомке найдутся. Девушка отмахнулась: — Да пока не надо. А в деревне надену, да. В те времена летом в селах почти все ходили босиком, даже вполне зажиточные люди. А к чему зря обувь трепать? Вот если праздник какой, ежели на ярмарку, в гости – вот тогда да, а так босиком и бегали. Закаленные были. И пятки – что наждак. Обогнули болото, пересекли неширокий ручей, пошли краем озера. — Вот уже и места Журавлиные потянулись, – пояснил проводник. – Скоро уже и дойдем. Да уж и впрямь, местность вокруг изменилась – стала более радостной, что ли. Угрюмые ели сменились высоченными желтовато-прозрачными липами, зашумели на старых вырубках березы, разрослись по краям тропы рябины и клены, тут же и смородина, и малина, и… А как птицы-то пели! Малиновки, жаворонки… соловьи! Рогволд бы точно заслушался, да… И все же во всей этой благости что-то было не так! Что-то тревожило, заставляя оглядываться, всматриваться в зеленое кружево до боли в глазах. Мишу почему-то никак не покидало ощущение, что за ним следят. Ну… вот там – ветка качнулась, хотя ветра вроде и нет, а вот тут, в кустах, птицы слишком уж быстро вспорхнули – кто-то спугнул? Показалось? Ну-у… — Не знаю, правда, у кого бы заночевать, – останавливаясь на развилке, невдалеке от старого пня, задумчиво промолвил Коваль. – Ладно, придем – посмотрим. Домов много – знакомцы есть. — У меня можешь заночевать! – вдруг произнес пень человеческим голосом. Промолвил – и прямо на глазах превратился в доброго молодца, молодого веселого парня, одетого в камуфляжную «лешачью» куртку! Страж! А как же! — Здоров, брат Горын! Кто это с тобой-то? — Здоров и ты, друже Кикиморник! Подмастерье мой новый – Иван. А это сестрица его – Марья. |