Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— А, – догадался нойон. – Вы охотники. И тут же фыркнул – собственно, он это и так представлял. — Охотники, – неожиданно повторил парень. – Охотники. Да. Ого! Он, оказывается, знал несколько слов по-тюркски. — Охотники… Каир-Ча! – Парнишка поднял вверх указательный палец, потом кивнул на приятеля: – Мирр-Ак. – И показал второй палец, большой. А затем, показал еще и третий, пояснив: – Кей-Сонк. — Кей-Сонк, – тихо повторил Баурджин и, переглянувшись с Гамильдэ-Иченом, позвал: – Идем, Каир-Ча. К удивлению, Каир-Ча тут же поднялся на ноги, словно бы понял. Нойон оглянулся: — Оставайся здесь, Гамильдэ. Я уж сам. Поднявшись на вершину сопки, они выбрались на поляну. Жарко палило солнце, и Баурджин чувствовал, как стекает по спине липкий противный пот. Жарко было здесь, даже несмотря на густоту леса. Душно. И противно. — Вот, – нойон наклонился к веткам и тут же обернулся: – Помогай, что стоишь? Вдвоем они полностью освободили закиданное мхом и еловыми ветками тело. Притихший Каир-Ча опустился рядом… провел пальцами по шрамам, вздохнул: — Кей-Сонк… О, Кей-Сонк, Кей-Сонк… — Ну и что будем с ним делать? Понесем вниз? – Баурджин махнул рукой в сторону распадка. – Боюсь, не донесем, больно уж сгнил. Каир-Ча, кажется, понял, о чем идет речь. Показал двумя пальцами на распадок… тут же погрозил сам себе – нет! Потом указал на истерзанное тело, на ветки… Нойон облегченно кивнул: — Ну, ясно – здесь и похороним. Вот только чем будем землю копать? Или у вас в земле не хоронят? Новый знакомец вдруг улыбнулся, показал, будто ест – ам, ам! Шутит – понял нойон. Нашел и время и место. Впрочем, может, оно так и надо? Пошутил и сам: — Не, есть не будем, больно уж тухлый. Фу-у у… – Баурджин скривился и замахал руками. — Ф-у-у-у! – смешно повторил Каир-Ча. – Фу-у-у-у… Помогать? Он кивнул на ветки, коими и забросали покойного. Все так же, как делал медведь, – ветки, мох, жерди… Сделав все, Каир-Ча опустился на колени и что-то зашептал, время от времени воздевая руки к небу – по-видимому, молился. — Ой, сожрет его здесь какая-нибудь лиса, – засомневался нойон. – Или шакал. Да мало ли. Хотя, может, вы именно так и хороните. Чтоб одни кости остались – да, так некоторые и делают. Что ж, меньше возни. Возиться пришлось по другому поводу. Обоим знакомцам почему-то вдруг сильно захотелось снять с мертвого медведя шкуру. Впрочем, оно, конечно, понять их было можно – как же, охотники ведь, не кто-нибудь! Упускать такой трофей! Однако, с другой стороны, если хорошенько разобраться, кому он принадлежит… Баурджин, конечно, не стал обострять ситуацию. Наоборот, они с Гамильдэ оказали Каир-Ча посильную помощь – когда было нужно, переваливали с боку на бок тяжеленную тушу, а так парнишка в их помощи не особо нуждался, действуя костяным ножом настолько умело и ловко, как иной не управился бы и стальным. Наконец примерно к полудню шкура была снята. Красно-бурая гора медвежьего мяса представляла собой не особенно аппетитное зрелище, особенно если учесть, что медведь со снятой шкурой по своему строению сильно походит на человека – мускулы, руки, ноги – все человеческое, только когти и клыкастая челюсть, этакий оборотень – брр! Немного подсушив на солнышке, шкуру аккуратно свернули и, разложив костер, нажарили свежатинки, надо сказать, довольно вкусной. Хороший оказался медведь, упитанный! А то, что он чуть было не позавтракал кое-кем из присутствующих, особенно никого не смущало. А чего смущаться? Было бы мясо. |