Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Так и я подойду ведь, — заявил вдруг дотоле молчащий Жэнь Сужень. — Страсть, как обожаю всякие приключения. Надо мной за это ещё в деревне смеялись. — Ты?! — Баурджин взглянул на парня с некоторой долей ужаса, а потом рассмеялся и махнул рукой. — Что ж, не буду препятствовать. Пускай потом икается Турчинай! Раздав подчинённым инструкции, наместник простился с ними до вечера и принялся за придирчивый отбор приведённых начальниками стражи парней. Надо сказать, задачка неожиданно оказалась не такой уж и лёгкой — сотники хотя и божились, что их парням всего-то по шестнадцать лет, но выглядели те на все двадцать — этакие мускулистые хорошо упитанные горы, отнюдь не похожие на бесприютных бродяжек. С горем пополам Баурджин отобрал трёх человек. Маловато... ещё б хотя бы парочку. — Можно я пойду, господин? — неожиданно попросил Фань. — Ты?! Вот уж от кого нойон вовсе не ожидал подобного! Что, хочет несколько загладить свою вину? Зачем? Какой в этом смысл? А хотя пусть как хочет. — Ты умеешь держать оружие, Фань? — Да, я занимался в фехтовальной школе, — секретарь, казалось, обиделся. Впрочем, его проблемы. И вот, наконец, настал чудесный, расцвеченный разноцветными фонариками вечер, пахнущий фиалками и жасмином. Баурджин, приказав заложить лучшую свою коляску, с шиком подкатил к воротам особняка Турчинай. — О, господин мой! — вдова сбежала по лестнице вниз, едва увидав князя. — Как долго вы у меня не были! Если б вы только знали, какое это счастье для меня — видеть вас в своём доме, вы бы, конечно, приходили сюда гораздо, гораздо чаще! Ну! — Турчинай протянула руку. — Идёмте же, мой повелитель! Ах, как она была пленительна и прелестна — с высокой причёской, в алом — с вышитыми драконами — халатике из тонкого шёлка, с изящными серебряными браслетами и узеньким ожерельем на тонкой лебединой шее! Каким колокольчиком звучал тоненький голос! Боже, боже, неужели всё, что только что узнал о ней Баурджин — правда?! Войдя в покои прелестницы, князь первым делом подошёл к выходу на галерею — во внутреннем дворе, алча халявного угощения, уже толпились юные бедолаги. Наместник узнал Кижи-Чиная, Жэня, ещё пару воинов Ху Мэньцзаня. А где же Фань? Не соизволил прийти? А чего ж тогда просился? Господи! Баурджин присмотрелся — да вот же он! Растрёпанный, с голыми ногами, в какой-то невообразимо ветхой хламиде. Замаскировался, надо сказать, здорово! Ага, вот он подошёл к месту для омовения... разоблачился... Следом за ним — Кижи-Чинай... — Что вы там такое увидели, мой господин? Как всегда неслышно, Турчинай подошла сзади. — Всё кормишь сирот? — Да. Мне очень жаль этих бедняжек. Обняв гостя за плечи, вдова заглянула ему в глаза и, крепко поцеловав в губы, увлекла за собой в опочивальню, на ходу скидывая халат... Едва успела обнажиться грудь, как в дверь постучали. — Кто ещё там? — Непредвиденные трудности, госпожа! Илянь ранен! — Ранен? Неужели... — Да, попался один «расписной»! — Последний. Подожди, я сейчас выйду... Любимый, я вынуждена тебя... Что с тобою, любимый? Почему ты так смотришь? Не говоря ни слова, Баурджин схватил прелестницу-вдовицу в охапку и проворно связал её же поясом, тут же засунув в рот какую-то скомканную тряпицу — кляп. И — не говоря ни слова и не оглядываясь — вышел прочь. |