Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Баурджин и его люди осторожно подобрались к грузовику. Тишина! Тишина! И никого вокруг! Что же, это пулемётчик один здесь ошивался? А такое впечатление — да. — Бух! — бабахнул невдалеке отрывистый выстрел — нет, не винтовочный, наган или браунинг. Баурджин услышал, как над головой просвистела пуля и, подавая пример воинам, проворно распластался под ивами. Всмотрелся, накладывая на тетиву стрелу... Прицельно палит, собака! Ага, вот он — за колесом прячется. Бух! Полетели сверху сбитые пулей ветки. А палит-то беспорядочно — с испугу! Пули кладёт в белый свет, как в копеечку, да и позицию не очень удачную занял. Впрочем, может, просто напросто не успел — не до того было. Отложив в сторону лук, князь осторожно подполз ближе, испытывая азарт, сродни охотничьему, только куда более сильный. Бух! Бух! Бух! Вот-вот — так и палят со страху. Шесть... Шесть выстрелов. Ещё один... Бух! Быстро вскочив, Баурджин тигром бросился к машине. Оп! Схватившись за борт, ударил с ноги торопливо перезаряжавшего пистолет — браунинг, точно — браунинг — стрелка. Тот, жалобно вскрикнув, выронил оружие наземь и отлетел в папоротники. Князь выхватил нож... — Не убивайте! Пожалуйста, не убивайте! — подняв вверх руки, стрелок встал на колени и зарыдал. — Пожалуйста. Умолял он, кстати, по-русски. Баурджин присмотрелся... Пацан! Лет, может, четырнадцати, или чуть больше, простоволосый, в кургузой тёмно-серой курточке с золотистыми пуговицами, подпоясанной широким ремнём — так выглядели дореволюционные гимназисты. — А ну хватит реветь, — громко — тоже по-русски — распорядился князь. — Поднимайся и выходи. Парнишка, шмыгая носом, подошёл к машине, держа высоко над головой поднятые вверх руки и со страхом оглядывая окруживших его воинов. — Ещё с тобой есть кто? — быстро спросил Баурджин. — Нет, нет, нету, — замотал головой пленник. — Один я. И вот ещё Вотенков... Убитый... Но я не с ним, я вообще, не с ними... — Разберёмся! — Баурджин коротко кивнул воинам. — Свяжите его! — Так вы... Так вы русские, господа? — в голосе паренька с надрывом прозвучала надежда. — Русские?! Из географического общества? — Ага, из общества, — хохотнул князь. — Из общества охраны исторических памятников от недоучившихся гимназистов. Точно больше никого нет? — Нет, никого, клянусь честью! — Смотри-и-и. Ты вообще кто таков и откуда здесь взялся? — Я... Я... Я Петя... Мельников Пётр, учащийся второй мужской прогимназии города... — Ха! Гимназист! И чего ж ты в нас стрелял? — Со страху, — честно признался мальчишка. — Вотенков сказал — сейчас нас самоеды накроют. Мол, не отстреляемся — крышка. — Кто такой Вотенков? — Так, гад один, — гимназист шмыгнул носом. — Хорошо, что его убили. — Вот как? Гад, говоришь? — Баурджин покачал головой. — Впрочем, иди пока, поговорим чуть позже. И разговор у нас с тобой предстоит долгий! — Господи! Господи! — поднял глаза к небу Петя Мельников. — Вы русский, русский... И, кажется, не из банды. Какое счастье! — О банде ты нам тоже расскажешь. И во всех подробностях. — Я готов, гостов, господа! Боже, Боже, да неужто это всё наконец кончилось? Глаза у гимназиста были большие, синие, волосы светло-русые, лицо белое, чуть тронутое золотистым загаром. Вообще, он сильно походил на девочку, да и вёл себя, надо сказать, соответственно — плаксиво. И как только здесь и оказался-то подобный типус? Хлюпик и, кажется, истерик. Как только такому пистолет доверили? Хорошо хоть никого не пристрелил. |