Книга Орда (Тетралогия), страница 373 – Андрей Посняков

Так-то оно так, да вот совсем не замечал Баурджин, как, бросая на него влюблённые взгляды, периодически хмурилась Лэй, юная красавица, девушка-убийца. Почему-то не слишком нравилось ей то место, куда сейчас направлялся обожаемый господин!

— Всё, — дойдя до ворот заведения тётушки И, обернулся князь. — Можете возвращаться обратно в «Улитку», думаю, там у вас очень скоро будет много работы. Зонтик возьмите с собой.

— Но, господин...

— Я доберусь в чьём-нибудь паланкине или в повозке. У меня достаточно много друзей.

Отпустив слуг, Баурджин поправил на голове шапочку и позвонил в висевший над небольшими воротами колокольчик. Ворота тут же открылись, — а как же, ждали! — и, миновав неширокий двор, князь вошёл в дом, переступив высокий — от злых духов — порог.

Сама тётушка И — пожилая, но сильно накрашенная (голубые брови, белила, жёлтая помадная луна на лбу) женщина — встретила раннего гостя поясным поклоном и самой искренней улыбкой:

— Очень рада вас видеть, господин Бао! Вы уже ели сегодня?

— Кстати, нет! — ответив на приветствие, искренне признался нойон. — Вот как-то забыл, даже про лапшу и не вспомнил. И слуги-то не напомнили, вот ведь как!

— Да, любезнейший господин Бао, — огорчённо посетовала тётушка И. — Сейчас так мало истинно преданных слуг. Не то что в старые времена.

Баурджин покачал головой:

— Да уж, да уж.

— Садитесь, дорогой господин, — приветливым жестом содержательница борделя указала на большой круглый стол. — Мне доставит истинное удовольствие лично приготовить для вас завтрак. Что будете после еды — вино? Чай?

— С утра лучше чай, — рассмеялся гость.

— Я пришлю вам девушку с цинь. — Тётушка И неожиданно вздохнула и пожаловалась: — К сожалению, почти всех моих девушек сегодня отправили на работы — подметать улицы, чистить общественные уборные.

— Господин Лу Синь отправил? — понятливо покивал Баурджин.

— Он. Впрочем, не подумайте, я на него не в обиде, — спохватилась содержательница борделя. — Ничего уж тут не поделать — закон. Как раз сегодня — наша очередь. Хорошо хоть уважаемый господин Лу Синь-шэньши оказался столь любезен, что не забрал сразу всех, кое-кого оставил по моей нижайшей просьбе.

Негромко засмеявшись, тётушка И покинула залу, растворившись в полутьме переходов. Как видно, ушла на кухню.

И тут же, не заставив скучать, в трапезную явилась девушка — нет, не Си Янь, другая — обворожительная юная дева в длинном полупрозрачном халате, расшитом разноцветными рыбками. В руках девушка держал некий музыкальный инструмент типа лютни или цитры — пятиструнный, по числу нот.

— Я поиграю для вас, господин, — поклонившись, прощебетала девушка. — Сначала — здесь, а потом, если вам понравится, там, — она кивнула на второй этаж, где располагались альковы.

Краски на лице девушки, конечно, было не так много, как у её хозяйки, но всё же могло быть и поменьше. Не очень-то Баурджину нравились сильно накрашенные женщины, особенно так вот крикливо — ярко-голубые брови, карминно-красные губы, жёлто-золотой месяц на лбу. Не девушка, а артистка погорелого театра. Однако ничего не поделаешь — мода, а вернее сказать, традиция.

— Меня зовут Сю Жэнь, господин.

Девушка тронула струны. Полилась нежная мелодия, сначала как будто бы лёгкий ветерок колыхал листья деревьев, потом ветер усилился, задул, забуранил, и вот уже блеснула молния, грянул гром, загрохотали по крышам тяжёлые капли дождя. И вновь всё стихло... Сладко запели птицы.