Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Не жаль. Добудем новый. Так кто ты? — Я — торговец из города Баласагуна! — Странно… А говорил, что тангут. Где тангуты — и где Баласагун? Баурджин был, конечно, поражён неожиданными географическими познаниями атаманши, однако виду не подал: — Это мои люди — тангуты, а я — из Баласагуна. — Угу… И какого же чёрта ты здесь делаешь? — Торгую! — Вот той дрянью, что мои люди нашли в твоих возах?! — Любая дрянь может стать товаром. — Баурджин улыбнулся, вспомнив поучения Хартамуза-черби. — В дальних кочевьях можно продать и чёрта. Важно только уметь назначить правильную цену. — Правильную цену? — Разбойница явно заинтересовалась. — Ну-ка расскажи, как это? И Баурджин, с иезуитской улыбкой профессора экономики, в течение как минимум часа обучал наивную женщину хитростям сравнительно честной торговли, причём не только услышанному от Хартамуза-черби, но и по собственной инициативе почерпнутому в тонких брошюрках общества «Знание» в бытность командиром дальнего гарнизона. Разбойница слушала серьёзно, время от времени кивая, вот только никак не могла понять, что такое прибавочная стоимость и чему равен совокупный общественный продукт. — Ну, это ж так просто! Сколько тебе повторять, уважаемая Оэлун, — прибавочная стоимость — это стоимость, произведённая неоплаченным трудом рабочего и полностью присваиваемая капиталистом. — Кем присваиваемая? — Ну, не могу я объяснять в такой позе, уж извини! — Ладно, не объясняй, — поднявшись с ковра, Дикая Оэлун подошла к ближайшему сундуку и, нагнувшись, распахнула крышку. — Сможешь продать это гнилье? — Она вывалила из сундука расползшиеся от ветхости ткани. — Да легко. — Баурджин расчихался от пыли. Чихнула и Оэлун. Чихнула и засмеялась. — Так продашь? — Ну, я ж тебе сказал! Только что подобные вещи продал, и довольно удачно. — У меня такого добра много… Считай, все сундуки, — ещё раз чихнув, вздохнула разбойница. — Так ты точно можешь всё это обратить в звонкий металл? — Я не волшебник, я только учусь… — Чего? — Запросто! Но, разумеется, не очень быстро. Нужны возы, мои помощники, проводники к отдалённым кочевьям. Я слыхал, у Аргуни кочует много родов — вот там-то… — Не забывай, кроме будущих покупателей, там есть ещё и хан Джамуха… и Чёрный Охотник. — Кара-Мерген? — удивлённо переспросил пленник. — Что ты о нём знаешь? — Мало чего… — Разбойница снова вздохнула. — О нём вообще мало кто чего знает. Но все боятся! — И ты? — Я никого и ничего боюсь! Ну… — Оэлун подкинула на руках расползшуюся ткань. — И как ты это продашь? — Очень просто — на подношения духам. Ну, видела, думаю, цветные ленточки на кустах и деревьях? Вот эта ветошь… — Это тэрлэк! — Этот тэрлэк, если его разрезать на ленточки и продать каждую хотя бы за одну медную уйгурскую монету, принесёт выгоду… — Господи Иисусе Христе! — вдруг громко взмолилась разбойница. — О, великий Тэнгри и Христородица! Да ты — и такие, как ты, — ещё большие разбойники, чем все мои люди! Недаром вас все презирают… — Но все пользуются. Ну-ка, Оэлун, замри… — Зачем это? — Ну, прошу… Вот так… — И что? — Дикая Оэлун повернулась боком. — Какая ты красивая. Оэлун! — восхищённо причмокнул губами пленник. — Ты хоть сама-то об этом знаешь? — Почему же не знаю? — Атаманша подбоченилась. — Мне об этом все говорят. |