Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Кинув обломок копья во врагов — не собьёт, так отвлечёт, — Баурджин выхватил саблю, взмахнул, отражая натиск татарского латника. И сделал это вовремя — два клинка столкнулись, высекая розоватые искры… Раскосые глаза татарина злобно сверкнули. Что-то завопив, он нанёс сразу несколько ударов, отражённых юношей с большим трудом. Вот когда Баурджин пожалел, что недостаточно времени уделял искусству сабельного боя! Тем не менее кое-какие приёмы помнил. Спасибо Боорчу — показал! Оп! Противник снова повторил натиск. Баурджин — как учили — смотрел как бы сквозь него, мгновенно реагируя на малейшие выпады. Удар слева! Уклониться, выставив в бок клинок… Обязательно выставить, сабля в умелых руках — оружие коварное. Кажется, уже пронесло, а вот нет — направленный в грудь удар мгновенно переходил в бок или в шею. Как вот сейчас… Звон! Скрежет! Искры! А этот татарин — опытный воин… Кто бы сомневался! Но и он, Баурджин, всё ж не в пустыне найден. Противник силен? Хорошо — пусть наносит удары, пусть крутится на своём коне… Побольше… Улучив момент, юноша сильно пнул вражьего коня в бок. И тут же едва не вскрикнул от боли — конь-то ведь было защищён латами! Враг ухмыльнулся, взвил коня на дыбы, занося над головою саблю — видать, решил одним ударом разрубить соперника пополам. А на-ко вот, выкуси! Баурджин резко бросил коня в сторону. Соперник, конечно же, попытался исправить свою ошибку, но и молодой нойон не дремал. Раз — взвилась на дыбы лошадь. Два — ударила копытами вражину в грудь — и тот вылетел из седла будьте-нате, не помогли ни сабля, ни панцирь, ни круглый тяжёлый щит! Щит отлетел в одну сторону, сабля — в другую. Хорошая, видать, сабля. Юноша не поленился, свесился на скаку с коня, подобрал саблю — и снова копытами в попытавшегося подняться врага! Прямо в лоб! Ажно шлем зазвенел, словно колокол, а татарин больше уже не поднялся. — Хур-ра! — громко закричал Баурджин-нойон, отвлекая на себя часть воинов, плотно окруживших анду Кэзгерула. — Держись, братец! И снова коня — вперёд, и сабельный звон, и пот, и терпкий запах крови. Крутясь в седле, юноша рубил врагов направо и налево. Свою сабельку он хозяйственно припрятал в ножны и действовал сейчас трофейной. Ух, и хороша же оказалась — тяжёлая, острая, только замахнись — сама собой рубит, одно удовольствие такой биться. Сражаясь, Баурджин старался удерживать боковым зрением все поле боя. Помогая Кэзгерулу, видел, как лихо крушат вражьи головы братья-здоровяки Юмал и Кооршак, вместо сабель действующие тяжёлыми палицами. Впрочем, палицами эти устрашающие орудия, наверное, сложно было назвать, скорее — обитые железом дубины. Дубинищи! Эх, молодцы братовья! Махнут раз — улица, махнут второй — переулочек. Красота! Однако не слишком ли много врагов вокруг них столпилось? Сейчас ведь достанут стрелы… Ну да, во-он те, косоглазые, без лат, в вывернутых волчьих шубах… — Хур-ра-а-а! Бросив лошадь в галоп, Баурджин угрожающе заорал, отвлекая врагов от цели. Сшиб на скаку двоих, взмахнул саблей… Только ошмётки вокруг полетели! Ух и хорошая же сабля! Юноша остановил себя. Он же всё-таки нойон, не простой воин. Осмотрелся — враги все прибывали, а своих между тем становилось всё меньше и меньше. Ага, вот и та сопка, из-за которой должна появиться подмога. По времени вроде пора… Или — ещё чуть-чуть выждать? Нет, пожалуй, всё-таки пора. Если ещё выжидать — можно будет совсем остаться без воинов, погубить всех к чертям собачьим… Пора! |