Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 30 – Андрей Посняков, Тим Волков

Я встал с кровати и босыми ногами по холодному полу потопал в ванную. Появилась мысль, принять холодный душ, но что-то остановило меня от этого безумного поступка. Наскоро умывшись и почистив зубы, я вернулся в свою комнату и, дрожа от холода, принялся одеваться. Мама ещё вчера уехала на дачу к подруге, чтобы помочь той высадить семена на рассаду. Так что о завтраке придётся позаботиться самому.

Я открыл дверь на кухню и ощутил густой аромат, сладковато-горький от пайки и перегретого металла. На столе, вместо завтрака, громоздились магнитофон «Электроника», осциллограф и куча приборов, соединённых проводами. Коля, склонившись над блокнотом, лежащем у него на коленях, что-то черкал карандашом, пытаясь найти закономерность в результатах исследования. Отец продолжал следить за показаниями приборов, записывая контрольные замеры на вырванном из тетради листке. Множество смятых листков с перечеркнутыми крест-накрест записями валялись на полу.

— Не может быть, чтобы это была просто случайность! — бубнил отец, не обращая внимание на моё присутствие.

Он снова запустил запись. Из динамика полилось ненавистное, монотонное: «ти-ти-та-та-ти-та-та-та…» Похоже они так и не расходились со вчерашнего дня.

— Слишком правильный ритм, — он сделал многозначительную паузу. — Это код. Должен быть код! К тому же мы сами видели откуда шел сигнал.

— Согласен, Матвей Андреевич, — Коля, бледный и не выспавшийся, впился взглядом в зелёный глаз осциллографа. — Но все стандартные шифры не подходят. Может, это числа? Координаты?

Я пробрался к плите, поставил на огонь чайник, достал сыр, масло, колбасу, хлеб и сделал бутерброды. Когда чайник закипел, заварил крепкий чай, достал стаканы с подстаканниками, сахарницу и молча поставил всё это на поднос. На какой-то миг узники крепости разума вернулись в реал, практически на автомате съели по паре бутербродов, выпили чай и снова погрузились в решение головоломки вселенского масштаба. Я плюхнулся на табурет в углу, обхватил голову руками, пытаясь вытеснить из головы всю лирику межличностных отношений. Образ Наташи, преследующий меня всю ночь постепенно отошёл на второй план, а потом, когда мой блуждающий и несфокусированный взгляд уперся в стрелку вольтметра и вовсе исчез.

Она ритмично дёргалась в такт сигналу. Короткий импульс — маленький скачок. Длинный — стрелка замирала подольше. Это монотонное подёргивание показалось мне не случайным. Я смотрел отрешенным взглядом, пытаясь вспомнить что-то важное, и в ушах вдруг отозвалось эхо из другого времени… Противный, скрежещущий звук из колонок старого компьютера…

…пшшш-кшшш-диии-кшшш…

Старый, допотопный модем и его уже классическое шипение при подсоединении к сети.

Я моргнул, отгоняя наваждение. Но оно не уходило, а, наоборот, набирало силу. Стрелка вольтметра… цифровой шум… попытка соединения… Другой мир, другие технологии, но принцип… Принцип-то один! Передача данных. Нули и единицы, выраженные не цифрами, а звуком, его длительностью и тоном.

Сердце вдруг ёкнуло и забилось с новой силой. Я поднял голову и посмотрел на отца и Колю, увлеченных своим спором.

«Диал-ап модем… — пронеслось в голове. — Самый древний, на 56К. Он так же орал в пустоту, договариваясь с миром. RTTY… радиотелетайп… Да это же одно и то же!»