Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 115 – Андрей Посняков, Тим Волков

Я пожал плечами:

— Так это ж правда!

— Правда, — согласно кивнул главред. — Вот только об этом должны узнать читатели. Надо разъяснять! Чтоб не возникало разного рода слухов. Понятно?

— Понятно, Николай Семенович, — разведя руки в стороны, Плотников ответил за всех. — Статьи по очереди будем писать? График будем составлять, или по вдохновению?

Я внимательно посмотрел на Николая Семеновича. Он явно что-то знал. И, кажется, догадываюсь что. Неужели, всё-таки решили остановить Чернобыль?

— Идите, работайте, — пробасил редактор. — Да! Чуть не забыл. Плотников! Собирайся после обеда на Мостопоезд. Там ДСК переходящее красное знамя получило за первый квартал. Сегодня будут вручать. Товарищ Костиков, из обкома.

— Э, спохватились! — Серега расстроено махнул рукой. — А я Люде обещал с дочкой сегодня побыть. Она собралась в гости сходить.

— А ты по-быстрому, не затягивай, так и успеешь.

— Ага, — расстроенно пробурчал Сергей. — С Костиковым успеешь! Как начнет говорить, танком не остановишь.

— Плотников! — повысил голос шеф. — Ты мне тут антисоветчину-то не разводи!

— Да я что? — сдался Плотников. — Надо, так надо…

Я задержался в дверях. Мостопоезд. Это же…

— Николай Семенович! — предложил я. — В ДСК я могу съездить. Дружка заодно повидаю, детсадовского.

— Вот! — обрадовался Плотников, выпихивая меня на середину кабинета. — Вот!

— Ну, коли сам вызвался, — редактор развел руками. — Ну, поезжай. Что там делать знаешь.

Я кивнул и пошел заряжать фотоаппарат. Что ж, никто за язык не тянул! Мое же решение было спонтанным. Просто услышал про Мостопоезд и решил, что могу встретить там этих самых клофелинщиц. Да, делом занималась милиция, профессионалы, но для меня это дело чести. Они поставили Наташу. А Наташа моя девушка.

Радостный Плотников сидел за своим столом и с удвоенной скоростью колотил по рычагам пишущей машинки. По-моему, он сейчас сотворит шедевральный репортаж.

* * *

Обкомовский инструктор, товарищ Костиков, был ещё довольно молодым человеком лет тридцати пяти, но уже лысеющим и с заметным брюшком, который не скрывал даже просторный серый костюм с отливом.

Говорил он долго и нудно, точнее, не говорил, а монотонно зачитывал текст с отпечатанных листочков, стопкой лежащих перед ним на трибуне. Прочитав один листок, он осторожно двумя пальцами брал его и перекладывал в другую стопку, текстом вниз. Я подумал: вот бы сейчас ветерок дунул посильнее, чтобы эти листочки взвились свободными птицами и разлетелись по всему городу. Интересно, у него нашлась бы хоть одна фраза лично его, а не та, которую ему кто-то придумал и распечатал. Я хмыкнул, представив, что это могла бы быть за фраза. Зато от души.

— Товарищи… в свете решений… партия мобилизует… все, как один… подарок съезду… — вещал партийный работник с высокой трибуны.

Пришедшие на митинг работники ДСК, в ожидании праздника, медленно кивали головами, стараясь не моргать, чтобы не уснуть под монотонный голос.

Мне было легче, я корреспондент и мог свободно перемещаться по всей территории. Походил, пощелкал фотоаппаратом да и ушел. Но не в этот раз. Какой-то «зоркий сокол» из свиты Костикова уцепился за меня взглядом и не сводил глаз.

Я решил немного поразвлечься. Присел в толпе и на полусогнутых перешел на другую сторону собравшихся на мероприятие. Выровнялся и посмотрел на следопыта. Тот тревожно метался взглядом по толпе, выискивая меня. Встретившись со мной взглядом, он успокоился и снова принялся буравить глазами. Я долго не мог понять, что он от меня хочет добиться, а потом меня осенило! Я подошел поближе к трибуне, направил фотоаппарат на него и сделал крупный план. Он приосанился, сделал очень важное лицо, и после того, как я, сделав пару снимков, поднял большой палец вверх, улыбнулся и кивнул. Надо будет узнать потом, что это за человек.