Онлайн книга «Земский докторъ. Том 10. Улыбка мертвеца»
|
На съезде был принят «Нормальный устав сельскохозяйственных объединений». Совету было дано поручение разработать устав Всероссийского кооперативного сельскохозяйственного сектантского союза и провести переговоры с властями о разрешении его работы… Однако, жизнь-то кипит! — Самые страшные из этих сект — скопцы и огнепоклонники, — пояснил Березин. — Ну, о скопцах, думаю, знаете… А огнепоклонники себя в скитах сжигали, заживо! Как в старину. Изуверы, что и сказать. — Да уж, что там говорить! — Варвара Тимофеевна полкрутила огонек керосинки — чтоб посветлее. — У нас даже дьяволопоклонники завелись! «Церковь Сатаны» — так себя и называли. В основном — молодежь. Года два назад еще безобразия разные творили. Часовню дальнюю осквернили… А потом их всю шайку большевики враз и накрыли. Всех в тюрьму. — Как раз в это время Спасск ненадолго к белым перешел… — добавил Березин. — Был такой генерал Пепеляев. Так он велел всех дьяволопоклонников расстрелять к ляду! Думаю, правильно и сделал. С тех пор этой нечисти и нету. Остались только социально близкие. А уж они свои права знают, будьте покойны! Палец в рот не клади. * * * Когда Иван Павлович добрался до гостиницы, уже совсем стемнело. В центре города зажигали газовые фонари. С Волги дул резкий пронизывающий ветер. Похолодало, и доктор невольно подумал о юном беглеце. Ах, Матвей, Матвей, как же тебя угораздило? И, самое главное — почему? Кого-то испугался? Того самого Ермила Тимофеева… главного сектанта. Но, если они там все толстовцы — чего бояться-то? Так-то оно так, толстовцы толстовцами… Но, паренька-то явно били… и пытали током! Ну, это видно же… — Доброго вечерка, Иван Павлович — поздоровался портье, Панфил Перфильевич, сухой старичок в клетчатом жилете поверх всегдашней косоворотки. — Добрый, добрый… — Ужинать будете? — Нет, спасибо… — Тогда вот, пожалте, — старик важно протянул постояльцу ключ на тяжелой латунной бляшке с выбитым на ней номером «12». — Спасибо, любезнейший. — А у нас сегодня электричество! — кивнув на тускло горящую люстру, похвастал старик. — Электричество — славно! Еще бы побольше напряжения, да… Улыбнувшись, доктор покосился на стоящий на стойке эбонитово-черный телефонный аппарат с блестящей ручкой… подумал, и вытащил из кармана полтинник: — Панфил Перфильевич! Если вдруг мне будут звонить — зовите. Если же меня не окажется — передайте, что скажут. Договорились? — Со всем нашим удовольствием! — убрав денежку в жилет, просиял портье. — Не забуду, не беспокойтесь. Я раньше служил письмоводителем в присутствии, так что — не забуду! — Благодарю! Поднявшись в номер, доктор снял пальто и шляпу и щелкнул выключателем. Да! В гостинице «Коммерческое подворье» почти в каждом номера имелись электровыключатели, что было очень удобно — чтобы погасить свет постояльцам не нужно было плевать на пальцы и немного выкручивать лампочку из патрона. В тусклом свете сорокасвечовой лампы, Иван Павлович разложил на прикроватном столике записку… ту самую… «Ради Бога, спасите Матвея!» Почерк явно девичий — округлый, старательный, с забавными завитушками в буквах «Р», «Б», «М». Чернила… обычные чернила. Хотя, нет… какие-то странноватые, черные… Обычно фиолетовые использовались… Старик портье! Он же был письмоводителем в какой-то старорежимной конторе — присутствии… |