Онлайн книга «Земский докторъ. Том 10. Улыбка мертвеца»
|
— А электростанции у них нет? — Не-е… чего нету, того нету! — Говорите, Сазоново? — задумчиво протянул Иван Павлович. — Ну, это окраина совсем… — Откуда парнишку привезли? — Ну… да, — покачав головой, Березин искоса глянул на приятеля. — Не, Иван Палыч, Тимофеев детей бить не будет. «Тимофеевцы» — люди мирные. Как это… Непротивление злу насилием! — Ну, прям Махатма Ганди! — негромко засмеялся доктор. — Кто-кто? — Индийский такой… деятель… Типа нашего Толстого! — А-а… Проехав мимо рынка, извозчик свернул на широкую улицу с каменными двух- и трехэтажными особняками. Вдоль домов тянулась ухоженная тополиная аллея, видно было, что за ней — в отличие от многих заброшенных зданий — ухаживали, и не за страх, а за совесть. — Приехали, господа… — остановив коляску, обернулся кучер. — Тьфу! Товарищи. — Ты обожди нас, любезный, — Березин протянул гривенник. — Николай Иваныч! Вы так и будете за меня платить? — выбравшись на мостовую, доктор укоризненно покачал головой. — Давайте-ка потом я расплачусь. А то несправедливо как-то выходит! — Да полноте вам, — отмахнулся коллега. — Однако, идемте. Вон вывеска, видите? «КОНДИТЕРСКАЯ» — сияли на синей вывеске большие золотистые буквы. И ниже было приписано мелким шрифтом: «Кондитерско-евангелическая артель 'Иван Лехмин и компаньоны» Иван Павлович покачал головой. Кондитерско-евангелическая артель! Одна-ако… Заведение располагалась на первом этаже, занимая большую залу. Красивая люстра под потолком, большие зеркальные витрины, круглые столики — что-то типа кафе? — по богатству антуража кондитерская ничем не уступала какому-нибудь «Елисеевскому» гастроному! Разве что ассортимент здесь был специфический: кремовые и вафельные торты, пирожные самых разных видов, даже морозильный лоток с мороженым, возле которого топились детишки. — Мне крем-брюле и вот — молочное! — Мне пломбир! — А нам фруктовый лед! — Фруктового нет, есть ягодный! — Тогда ягодный! — Две копейки! Стоявшая за прилавком рыжая, с веснушками, девушка ловко орудовала большой раскладной ложкой: — Вам сколько порций? — На гривенник! — На гривенник? — Наташа, ты им в большую коробку положи, — из отела тортов выкрикнул невысокий брюнет лет сорока, с аккуратной шкиперской бородкой и усиками. — Да не стесняйся, клади побольше! — В коробку? Так растает же, Иван Фомич! — С такими-то ребятами? Не успеет! — мужчина засмеялся и весело подмигнул ребятишкам. — Верно я говорю? — Верно, дядя Ваня! — хором отозвались детишки. — Наташа… Сейчас, я подойду подмогну… Только обслужу вот… — Иван Фомич живенько повернулсяк новым посетителям. — Ах, Николай Иванович! Какие люди! Давненько не заходили. Неужто, потолстеть боитесь? Так от моих пирожных еще никто… Впрочем, понимаю — утомил. Так что для вас? — А что Варвара Тимофеевна любит? — озадаченно обернулся доктор. — Варвара Тимофеевна обожает картошку! — услыхав, заверил кондитерщик. — Только не жареную, а нашу… Пирожные! — Я понимаю… — Сколько вам завернуть? — Дядя Ваня! — подбежали ребята. — А можно, мы тут, за столиками, мороженое съедим? — Кушайте на здоровье! Наташенька, дай-ка им ложки… Прошу извинить! Так вам сколько? Купив пирожное, коллеги уселись в коляску. — Московская, Некрасовский дом, — распорядился Березин. Извозчик, однако же, вовсе не торопился ехать. Обернулся, как показалось доктору — чуть смущенно. Протянул сложенный бумажный листок: |