Онлайн книга «Санитарный поезд»
|
Неизвестно чем бы все закончилось, если бы не истошный женский крик. Все разом повернулись в сторону Жени. Но та лишь недоуменно пожала плечами. — Это не я. И вновь крик. — Марина! — поняла медсестра. Голос девушки, полный боли и страха, прорезал шум, как нож. — Рожаю! * * * — Уже? — удивленно вскрикнул Иван Павлович. И тут же мысленно отругал себя — ведь срок сегодня, девушка же говорила! Забыл, прокараулил! Чертов занос отвлек от всех дел… Марина, сжала простыню руками, её лицо исказилось от боли. Иван Палыч быстро осмотрел девушку. — В операционную? — спросила Женя. — Поздно, — сухо ответил он. — Здесь рожаем! И кивнул Марине. — Чего молчала, не говорила? Что воды отошли и схватки начались? — Да когда бы? — с упреком ответила та. — Вы тут как дети малые распетушились! Ор подняли. Солдаты стыдливо опустили глаза. — Женя, простыни, карболку! Кипяток несите, живо! — медсестра кинулась за инструментами. Раненые, ещё минуту назад кричавшие, засуетились: один сгрёб чистые простыни с соседней койки, другой, хромая, побежал за кипятком. Даже Завьялов, стоявший в углу с недобрым взглядом, шагнул вперёд и молча подал доктору свёрток бинтов. — Схватки часто идут? — спросил Иван Павлович. — Часто… — Марина не сдержалась, закричала. — Дыши глубоко, вот так, вдох-выдох! Женя отгородила угол простынями. Прикрикнула на солдат: — Ну, чего встали? Не мешайте. По койкам! Живо! И молчать — ниже травы, тише воды! На удивление, еще секунду назад полностью неуправляемы бойцы, послушно разбрелись по койкам. — Больно, господи, больно! — простонала Марина. — Потерпи. Тужься, когда скажу. Ты сильная, мы справимся. Марина закричала снова. — Не могу, Иван Палыч, не могу! Она вцепилась в руку Жени, ногти впились в кожу. — Можешь, Марина, можешь! Тужься сейчас, сильно, давай! — Он проверил положение ребёнка. — Женя, держи её, — приказал он, когда Марина выгнулась от новой схватки. — Ещё раз, Марина, тужься! Уже близко! — Больно, господи! — Но, следуя командам доктора, она тужилась, стиснув зубы. Иван Палыч, сосредоточившись, поддерживал её: — Молодец, ещё чуть-чуть! Дыши, тужься! Завьялов подал чистую ткань. Через несколько минут напряжённой работы раздался тонкий, пронзительный крик младенца. Иван Палыч, перерезав пуповину и быстро обработав её, поднял ребёнка, завернул в простыню. — Ну? — тихо спросил кто-то из солдат. — Девочка! Раздались одобрительные возгласы, которые тут же переросли в настоящие овации. — Ну Марина! Молодец! Еще одну медсестричку родила! — Как назовешь? — Вьюгой назови — в честь непогодицы! — Да какая к черту Вьюга? Иваном надо — в честь доктора! — Да девочка же, говорят тебе, пустая ты голова! Какой Иван? Аленушкой надо, у меня жену так зовут, хорошее имя! Солдаты принялись живо выбирать новое имя ребенку, окончательно позабыв о недавней эксцессе. Иван Павлович передал младенца Жене, которая осторожно уложила её рядом с Мариной. Марина, обессиленная, улыбнулась сквозь слёзы, касаясь ребёнка дрожащей рукой. Иван Палыч, вытирая руки, проверил состояние Марины. — Всё хорошо, ребенок здоровый, отдыхай теперь. — Он кивнул Жене: — Следи за ней, я скоро вернусь. Раненые зашумели, но уже без злости, напротив, радовались появлению новой жизни, кто-то хлопнул в ладоши. Завьялов, отведя взгляд, пробормотал: |