Онлайн книга «Новая жизнь»
|
— Иван Палыч? — голос Аглаи раздался за спиной, встревоженный. — Что с вами? Он не ответил. Мир сузился до этого мутного отражения, до чужих глаз, которые смотрели на него с той же растерянностью. Сердце колотилось, в ушах звенело. «Кто я? Где я?» — крутилось в голове, но ответа не было. Только отражение. И тишина. Глава 2 Черт побери! Да что же это такое-то? Артем снова вгляделся в зеркало. Как всегда, волнуясь, поправил на носу несуществующие очки. Года три назад сделал операцию, очки стали не нужны — а привычка осталась. Особенно когда нервничал. Нет, кто же там, в зеркале? Этот вот худой, кособородый, бледный… Сон? Верно, сон. В этот момент из соседней комнаты донесся слабый стон. Да какой же сон-то? Ведь, только что операция… там эта несчастная девочка… Вдруг — заражение, сепсис? Но, что мог, он сделал. — Иван Палыч… Дернувшись, Артем резко обернулся: — Что там, Аглая? — Да по добру все, господин доктор, — Аглая неожиданно улыбнулась, отчего ее круглое, с россыпью веснушек, лицо стало чем-то похоже на ласковое весеннее солнышко. — Марьянка-то… Мечется во сне, бедолага. Но, дышит ровно… Вроде как, и скверна-то с нее ушла. Ох, Иван Палыч, кудесник! Ну, хоть с девочкой все в порядке. Но окончательно только время покажет. Сепсис начнется — ничего хорошего не жди. Он вновь глянул в пыльное зеркальце. И вновь невольно вздрогнул. Игры разума какие-то! Подмигнул — отражение тоже подмигнуло. Открыл рот — незнакомец повторил. Артем нервно дернул ворот рубахи — отскочили две пуговицы, отлетели, упали на грязный дощатый пол. — Да что с вами, Иван Палыч⁈ Вот ведь, достала! — Почему пол грязный? — срываясь на крик, бросил доктор. Нервы уже звенели, как натянутые струны. — Что, мыть, что ли, некому? Аглая неожиданно покраснела: — Так вчерась только скоблила… Покраснела и обиженно потупилась. — А-а-а, — махнув рукой, Артем направился к двери. — Пойду… Пойду… пройдусь, что ли… Мне… мне надо, да… Невысокое крыльцо с покосившимися перилами. Утоптанный, с кустами бузины и крыжовника, двор. Светало. Утро. Не удивительно — пока то да се… На ночной смене в районной больнице, особенно на праздники, когда поток пациентов идет плотный, часы и вовсе как минуты летят. Во дворе уже толпился народ, человек с десяток — женщины, старики, дети. Все очень странно одетые — длинные, до пят, юбки, какие-то непонятные кацавейки, платки. Старики — в сапогах, дети же почти все — босые. Стояли под мелким гнусным дождиком, месили грязь. Впрочем здесь, у самой больницы, грязи почему-то было поменьше. Может быть, потому что… Да причем тут грязь? Артем сжал кулаки. Что же это такое творится-то? — Здравствуйте, господин дохтур! — при виде врача все дружно поклонились. Поклонились! Старики при этом сняли картузы, а одна из женщин — дородная молодуха с младенцем на руках, жалобно всхлипнула: — Господин дохтур, робеночка мово не посмотрите заодно? Что-то смурной стал… Видно, совсем в нем Живицы нет. — Ну, про Живицу-то, это не к дохтуру, — обернувшись, ехидно заметил старик с длинной клочковатою бородою и узелком в руках. — Это к Марфе тебе, а лучше — к Гарпине. Собравшиеся неодобрительно загудели. — Эхм… к Гарпине… Она ж колдунья! Загубит! — Так я же и говорю… Коленко мое глянете, господин дохтур? Все ноет и ноет, зараза, спасу нет. Токмо бы поскорее… А я вот вам, яичек… |