Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 357 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Ну какая из меня чародейка, Ми? – рассмеялась бывшая казачка, беря подругу за руки. – Просто я иногда прошу небеса, и тогда идет дождь, или меняется ветер. Я желаю людям добра, и они выздоравливают. Иногда ухожу в черные земли, и тогда там снова начинает расти трава и туда приходят звери. Но это происходит само собой, я не колдую, не ворожу. А это, – она небрежно подбросила пальцем левые косички, – просто для памяти. Вот сие, это важенка просила по весне на поля южные приплыть, это синий песец звал в чащу за озером, а это чтобы про дожди на будущей неделе не забыть.

Митаюки-нэ, цокая языком, покачала головой. Белая иноземка даже не понимала, что получать желаемое по простой просьбе, без обрядов, амулетов и жертвоприношений – это и есть высшее мастерство чародея, недостижимое большинству колдунов даже в Верховном Седэе! А амулетам в волосах, которые помогали Ус-нэ вспоминать важные поручения, – им все ведьмы тупо и бездумно подражали, следуя примеру легендарных прародительниц. Казачка стала первой известной Митаюки-нэ ведуньей, получающей от них реальную пользу.

— Ты только просишь, Ус-нэ? – осторожно уточнила темная ведьма. – Твои друзья не рассказывают тебе о будущем, о былом, о том, что творится в далеких краях?

— Сказывают, – согласилась белая целительница. – Как погода завтра переменится, али какие звери появятся, где какие травы цветут, куда птицы кочуют.

— А на год? Ты можешь проведать, что произойдет через год или два?

— Какая разница? – пожала плечами Устинья. – Год пройдет, все узнаем.

— Да, узнаем, – с облегчением кивнула гостья. Похоже, великий дар ее подруги ограничивался способностью повелевать погодой и жизнью. Большего она не могла, большего ей и не требовалось. Митаюки очень обрадовалась, что не нужно считать казачку своей соперницей, и порывисто ее обняла: – Как же я по тебе соскучилась, Ус-нэ!

— Доброго тебе дня, Митаюки-нэ… Да-а… – наконец решил обратить на себя внимание маленький остяк Маюни. За минувший год чародейка уже забыла, как он выглядит, и сильно удивилась, что паренек почти на голову ниже своей возлюбленной.

— И тебе всего самого хорошего, следопыт, – удерживая руку подруги в своей, кивнула девушка.

— Ты это, Митаюки-нэ, – смущенно понурился остяк. – Ну-у, в общем… Да-а…

— Хорошо, – рассмеялась черная ведьма. – Согласна.

— Прости, это… Да-а… – еще больше смутившись, выдавил следопыт.

— Я не сержусь, Маюни, – кивнула чародейка.

— Ну, что не верил… Что ругал… Что отваживал всех. Да-а… А ты хорошая, выходит. Выходит, ты хорошая, а я глупый, да-а… Сказывал, злая ты, а ты добрая… Да-а…

— Перестань, Маюни, – покачала головой Митаюки. – Ты хороший для Ус-нэ, это главное. А какой ты для меня, то без разницы. Можешь не любить. Главное, чтобы Устинью любил!

— Я люблю, да-а, – расплылся в счастливой улыбке следопыт. – И она меня, да-а… Мы теперь всегда вместе будем!

— Пусть радость придет в твой дом, Маюни! – кивнула черная ведьма. – И не говори опять, что я желаю тебе зла!

— Ты же простила меня, Митаюки-нэ! – обиженно поджал губы остяк.

— Я больше не сержусь, следопыт! – торжественно объявила темная ведьма. – Отныне мы друзья! Ты не позаботишься о моих спутниках, друг Маюни? Они устали и проголодались.

— Да, Митаюки-нэ! – облегченно перевел дух остяк. Необходимость общаться с ведьмой сир-тя его явственно утомляла. – Идите со мной, други, да-а… Много хурмы у нас, да-а… И рыба есть, и мясо есть. Покушаем, да-а, спать положу.