Онлайн книга «Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа»
|
* * * Острог казаки возвели быстро. Четверо рубили деревья, пятеро – чашки на стенах, сир-тя носили бревна, и крепость росла, как детская пирамидка из камушков. Ствол за стволом, венец за венцом – казалось, что их просто поднимают, а дальше все случается само собой. Казаки же только проверяли большим пальцем остроту лезвия, да пересаживались с места на место, громко постукивая, словно бы играя. Выглядела новая крепость, однако, сильно иначе, чем та, в которую когда-то привезли на поругание Митаюки. Направленная в сторону реки стена была широкой, почти в тридцать шагов, и в нескольких местах перекрыта поперечными стенами. И все это – с тремя перекрытиями. Три другие – были тоже высокими, но узкими, и сразу по завершении невольники стали засыпать их внутри землей, копая ее недалеко от основания, снаружи. Еще одним нежданным новшеством, каковое учудили ватажники, пользуясь избытком рабочей силы, стала церковь, сложенная над воротами. Высокая, просторная, с двумя дополнительными комнатами по бокам и чешуйчатым остроконечным шатром, похожим на узкий чум, наверху. И конечно же – с крестом. Хотя, возможно, новшеством это было только для чародейки сир-тя. В поперечных стенах приречной стены казаки прорубили двери – и строение внезапно оказалось большим домом со множеством просторных комнат. Как ни странно, строился огромный острог всего десять дней, а вот обживался невероятно долго. Ходить по бревенчатым полам было невозможно – их долго и нудно ровняли замешанной с песком глиной. На прорубленные двери так же долго и нудно вытесывали косяки, затем ставили тесовые створки. Причем на сколачивание каждой из створок требовалось больше времени, нежели на возведение башни. Пока тес нащипают, пока дырки прокрутят, пока сошьют, пока топорами все стороны выровняют. И так – мелочь за мелочью. Уж засыпка стен и вовсе превратилась в бесконечную тягомотину… Однако казаки не унывали и невозмутимо работали топорами. Похоже, для них все это было чем-то вроде лекарства от скуки, наравне с брагой, игрой в кости и войной… Новости по северным чащобам расползались медленно. Весть о великой победе нуеров над двуногами добиралась от Пы-Ямтанга до соседних племен, верно, дней десять, если не дольше. Еще сколько-то времени воины и вожди постигали, что эта перемена означает для их городов, и решали, как поступить. И только после этого садились на челны и отправлялись в путь… Первые гонцы явились только через три недели после уходя армии Тарахада обратно в Пы-Ямтанг. Митаюки повезло – она как раз решила прогуляться, и с высоты угловой башни наблюдала, как в берег приткнулась лодка, и трое сир-тя, медленно выбравшись из нее, ошалело смотрели перед собой, уронив от изумления челюсть. Юная чародейка хорошо помнила, как сама год назад впервые увидела острог белокожих дикарей. Для человека, выросшего в чуме, и считающего святилище из жердей огромным домом – острог казался непостижимой громадиной, творением богов. — Ручеек!!! – крикнула она. – Отца Амвросия зови! К нему гости приплыли! Громадное строение и без того подавляло своими размерами. Когда же в воротах сир-тя встретил белолицый, бородатый священник в темной рясе с большим крестом на груди, да еще в окружении еще нескольких столь же странных людей со странным оружием, гости и вовсе стушевались, смутились, начали кланяться: |