Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— Верно, как у стельной коровы. — Шея-то, верно, нежная, да и огузок… А вот хвостище, думаю, жестковат. — Ну, так это на холодец токмо. Туша чудовища скрылась за излучиной, а голова на длинной шее еще долго маячила, то поднимаясь, то опускаясь. Жрала! — Ох, спаси, Господи, – перекрестившись, вздохнул Афоня. – Верно, многонько тут таких. У них тут это… пастбище. Отче! А не есмь ли то апокалиптический зверь, число которого в Писании сказано?! Отец Амвросий недовольно покачал головой: — Нет – тако мыслю. Был бы то библейский зверь – мы бы так не стояли. Пожрал бы всех, потоптал ножищами, хвостом бы разил! А этот… что же – ест себе травку, пасется. — Интересно, каковы же у него пастухи?! — Мыслю, он сам по себе, дикий. — Так тут и стадо таких может быть?! — Может, – охотно согласился священник. – А может и не быть. Тут и одной-то такой зверюге едва прокормиться – вона, обглодано все. Ох ты, Господи… А ну, казаче, помолимся-ка во избавление! Все опустились на колени и молились до тех пор, пока над вершинами кедров не показалось родное холодное солнышко. Казаки молили Христа, язычники же – своих богов, и никто не мешал другому. — Господи, Святый Боже… — Да святится имя твое, да придет царствие твое… — Великий Нум-торум… — О, Я ерв, хозяин земли… — Мир-суснэ-хум, слава тебе… — Пэдара ерв, хозяин леса, спасибо тебе за то, что не дал стать пищей чудовищу! — Колташ-эква, мать сыра-земля… — Богородица, Пресвятая Дева… — Аминь… — Аминь. — Аминь! Отремонтировать поврежденный огромной зверюгой струг не представлялось возможным – вся корма оказалась раздавленной в щепки – поэтому казаки просто распределили пушки и припасы по другим судам, да, взявшись за весла, с осторожностью тронулись в путь, выглядывая по берегам подходящую – идущую к злому солнцу – протоку. — Таких чудищ их охотники и раньше видали, – переговорив с Аючей, доложил атаману Маюни. – Только издали. И сразу бежали к большой воде – где прохладно, где камни – туда чудовища не суются, там им холодно и есть нечего, да-а. Выслушав, Еремеев махнул рукой: — Ну, это мы и сами знаем. Ох, чую – совсем уж недолго нам осталось, совсем! Доберемся до идола златого, домой вернемся, а там… Что касается этого «а там», то сие в голове молодого атамана, как и у большинства его казаков, было подернуто некой загадочной дымкой, сквозь которую проступали лишь самые размытые очертания того, чего бы хотелось, чтоб было. Ну, землицы, конечно, само собой – поместьице от Строгановых… уж верно не поскупятся! С другой стороны, золотишка в достатке имея, можно и самому землицы прикупить, хоромы выстроить, да жить себе поживать, добро наживать! Ну и служить, без службы-то скучно. Землицу лучше в издолье раздать, в исполу – пущай, кто хочет, берет, крестьянствует, а уговоренную часть урожая – хозяину, Ивану свет Егоровичу, не псу какому-нибудь безродному – из детей боярских! Уж тогда-то поднимется род… Дети пойдут, внуки… Ох ты ж – для внуков-то еще бы обжениться надо! Тем более есть на ком… Вот Настена, краса кареглазая, прикипела к сердцу сильно, другой и не надо вовек! И что с того, что из посадских людишек с Усолья? Кто ее нынче в Усолье помнит-то? Да и Иван там жить не собирался. И батюшка ее покойный, Колесов Стефан, не телеги делал, а… Пущай из обедневших дворян будет – хоть так, кто что узнает-то? Да-да, пусть не боярышня, пусть дворянка, особого в этом зазору нет. Ах, славно все выйдет, славно! Господи… совсем забыл – она же полоняница, из полона татарского высвобождена – о том многие казаки рассказать могут, на каждый-то роток не накинешь платок! Хм… полоняница… Это, конечно, не красит. Однако и что с того? Тут дело не в жене, а в муже! Коль столь важный человек – атаман целый, помещик богатейший – полоняницу бывшую в жены взял, значит, он за нее ответственен, значит – чиста она, а кто думает иначе – для того сабелька вострая есть. Уж кого-кого, а собственную-то супружницу Иван защитить сможет. Так и будет все, сладится обязательно, и осталось-то всего ничего – идола златого забрать да капища колдовские порушить! |