Онлайн книга «Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит»
|
— Ага… У реки его заприметил, у брода. Думал – пошел тони проверять, он тут за всем следит, везде ходит. Однако тиун-то с человеком встретился. С той стороны. О чем-то сговаривались – по-немецки. Ну, как в Ордене говорят или в Риге… — А ты и немецкую речь ведаешь? – Николай удивленно качнул головою. — И я ведаю, – хмыкнула Тоша. – У нас многие знают. Правда, по паре слов. Живем-то – в приграничье… — Вот и я – пару слов, – покивал Онисим. – Но точно – по-немецки говорили… А потом я уж и не слышал – ушел. — Та-ак… Посланец задумался. Все, сказанное сейчас Онисимом, нужно было обмозговать и по возможности проверить. Что же касаемо самого отрока. — Ты сказал – сразу в плети? За что? — Да ни за что! Непочтительно доложил, мол… — Подозрительно это все, – негромко промолвила девчонка. – Почтительно – непочтительно… Человек с такой вестью явился, а они… Тут ведь быстро все надо! — А они не торопились! – отрок обиженно поджал губы. – К утру только выехали. — Поня-атно… Кольша почесал затылок. Неужели Анемподист-тиун? Но ему-то какая выгода? Место не худое… Правда, полностью от боярина зависит… почти… Может, захотел свободным пожить? Так на это серебришка надо изрядно… — Не торопились, говоришь… Ла-адно, проверим… Еще с парнем надо что-то делать. Возвращаться в деревню ему никак нельзя – единственного свидетеля-видока потеряем! Так что… — Вот что, Онисим. Дам тебе грамотку – напишу к сыскным… Пойдешь во Псков… Путь-то ведаешь? — Да, господине, доберусь! — Явишься в сыскную избу, я укажу, как найти. Сам ни у кого не расспрашивай – шильников да теребени разной городе полно, за расспросы такие могут и ножик в бок! Грамотцу ту передашь либо Степану Иванычу, тиуну – он за главного там. Либо – Осетрову Кириллу, он человеце надежный. На словах – от меня обоим поклон. Все понял? — Угу! Благодарствую, господине… — Ты, Онисим, пока не уходи – у брода схоронися и жди, – встряла в беседу Тошка. – Я тебе к вечеру сухарей принесу, мучицы да еще чего-нить. А то будешь голодный… — Да я рыбку… — Все равно. Узелок соберу – не отказывайся! Николай надолго задумался. По всему выходило – нужно ехать в Ромашково. Поговорить с воеводой, с тиуном… с людьми. И что люди скажут? Скажут что-нибудь важное или – только то, что тиун велит? Уж, поди, люди-то науськаны… Ничего они толком не скажут! Да и выспрашивать-то надобно тайно, ведь посланец Господина Пскова явился лишь ущерб посчитать. А тут вдруг про дружину выспрашивает! Нет, не скажут… Еще и тиуну донесут! Или воеводе… Тут не с наскока, тут по-другому надо… — Антонина Батьковна! У тебя, случайно, никаких родичей в Ромашкове нет? * * * Три – целых три! – жертвы… не принесены! Хотя могли бы, могли бы быть… Да что там могли? Должны бы! Словно дикий зверь, жрец чувствовал запах человеческой крови, видел глаза жертв, расширившиеся от ужаса и нестерпимой боли. Чувствовал, видел… И – что? Уход одной жертвы – той девки в черных кургузых штанишках – вполне мог быть и случайностью. Не вовремя появились те парни на мопедах… Но чтоб сразу три! Это не просто невезение, не-ет… И никакая не случайность! Йомантас злобно скривился. Кто-то встал на его пути – вот что! И этот кто-то… О, жрец догадывался, кто это! Конечно же – Враг! Та его ипостась, что осталась в далеком прошлом. Он, он вредит – тут и думать нечего. Как же он узнал… Да так! Ведь жрец и князь – связаны невидимой нитью, они сразу – и там, и здесь. Впрочем, там еще никакого Йомантаса нет! Душа так и мечется… Потому что нет еще силы! Нужны еще жертвы… нужны! Однако надобно как-то перехитрить врага, отвести глаза… Как? Вот тут надо подумать… |