Онлайн книга «Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит»
|
— Тьфу ты! – сверкнули глаза-изумруды. – Вот вроде и верно ты все говоришь, а… тошно как-то! — Это сейчас тебе тошно, – князь погладил девушку по плечу. – А через десять лет? — Я не доживу! — Доживешь! – нахмурив брови, Довмонт повысил голос. – Я все для того сделаю. — Десять лет… – Рогнеда покачала головою. – Какая ж я тогда буду старая! — Не старая, а все такая же красивая, как сейчас! В дом тебя супругой ввести – всякий за счастье почтет. А уж я в том помогу, не думай… Ну, что загрустила, душа моя? — Непонятно у нас все как-то… – опустив глаза, тихо промолвила дева. – Вот, живем с тобой в грехе… а ты меня за падшую не считаешь. Как к человеку относишься. — Так ты ж и есть человек. И для меня – не полюбовница только, а еще и друг. Самый настоящий, надежный. Рогнеда шмыгнула носом, видать, приятно было слышать такие слова. — Ну, не грусти уже… — Да не грущу я… просто задумалась. Два немчина из моей ватаги сбежали. Один – пленник, другой… — Другой – алхимик, – неожиданно продолжил Довмонт. – Совсем еще юный отроче. Это он тебе греческий огонь сделал? Которым ты купчишек немецких пожгла? Да и сторожу нашу напугала. Разбойница вскочила на ноги: — Откуда знаешь? — От верблюда! Неужто у меня сыскных людей нету? Ох, Рогнедушка… Ты мне не вздумай торговлю порушить! — А то что? — А ничего. На цепь посажу… да замуж выдам. Ну, чего встала? Немцев-то твоих поискать? — Сама найду, чай, не дура. — Не дура, не дура… душа наша, краса… Князь ухватил девушку за руку, потянул, вновь усадил на колени и поцеловал в грудь. Рука его, скользнув по спине девы, пробралась к животику, поласкала пупок и нырнула меж бедер, к лону. Рогнеда прикрыла глаза, задышала тяжело и часто, закусила губу… и вдруг, сверкнув манящими изумрудами глаз, оседлала князя, словно лихая наездница горячих татарских кровей! * * * Небо над головой быстро темнело, становясь низким и угрюмым. Черные кроны деревьев едва виднелись вдали, под ногами путников жадно чавкала трясина. — Ой, не пройдем, Йозеф! Затянет нас. — Не затянет, – Йозеф Райс оперся на слегу, обернулся. – Не бери в голову, мой юный друг. И помни – я тебе обязан. Если бы не ты, никогда б из шайки не выбрался. Так что не думай! Теперь моя очередь подумать о тебе… и о нас. Идем! Не вешай носа. — Да я не вешаю, – отрок устало вздохнул, и Йозеф подбодрил его еще раз. И улыбкой, и словом: — Видишь там, впереди – темнота? — Ну… — Это лес. Твердая почва. — Но до него же… — А сломанную вершину ели ты заметил? Ничего такого Альбрехт не замечал и молча мотнул головой. — А я заметил, – спокойно продолжил герр Райс. – Как ты думаешь, кто и зачем ее сломал? Я так полагаю – разбойники. Условный знак. Так что не заплутаем мы и в трясине не утонем. Надо просто внимательней быть. Ну, недолго уже. Шагай, дружище. — Иду… Юный Альбрехт давно уже собирался уйти от разбойников, да только все не мог выбрать подходящий момент. За ним присматривали и не очень-то доверяли, что и понятно. Чтобы добиться хоть какой-то свободы, хотя бы самой малости, Альбрехт вспомнил своего покойного дядюшку, что занимался поисками философского камня и прочими подобными делами. Одно время Альбрехт даже ему помогал – толок в порошок какие-то снадобья, мыл всякие склянки, ну и был всегда под рукой – сбегай-принеси-подай. Отец, хоть и был олдерменом, этому не препятствовал: дядюшка находился под опекой местного барона, и всеми своими делами занимался в баронском замке. Там-то, в замке, он создал «ромейский огонь», вернее сказать, воссоздал, используя старинный манускрипт, написанный славным рыцарем Робером де Клери после взятия Константинополя во время крестового похода, случившегося в лето одна тысяча двести четвертое от Рождества Христова. |