Онлайн книга «Тевтонский Лев»
|
— Давай, фракиец! Давай! Покажи этому Льву! Царапина — вроде пустяк, а сколько восторга! Все для вас, уважаемые господа! И снова Альпийский Тигр бросился в атаку — все же он был замечательным бойцом, этот верткий и сильный парень. Снова удар! Ну, прямо мельница. Но мой щит тебе не по зубам, точнее, не по клинку. — А ну Тигр, покажи, на что ты способен! Задай ему жару! Это и были условные слова — «задай жару». Молодец судья, все по плану. Пришло время для атаки. «Фракиец», похоже, утомился, а тяжеловооруженный мирмиллон, как ему и положено, приберег свои выпады напоследок. Тевтонский Лев пригнулся, взмахнул мечом, нанес удар — и снова посыпались искры, раздался скрежет. В лучах солнца зрителям хорошо были видны потоки ярко-красной крови, струящейся по груди. Ох как лихо машет своей «саблей» Северьян — не слишком ли увлекся? Удары следовали один за другим, в глазах бойцов вспыхнула настоящая ярость, словно между ними и впрямь кипела смертельная вражда. Азарт, кровь, шум толпы и стихия битвы захватили гладиаторов в свои сети, наполнили «спортивной злостью» и жаждой бить, крушить, резать! Кинуться на противника, перегрызть горло, свалить на землю, а затем долго топтать, упоительно, сладостно. — На-а!!! Беторикс не просто улучил подходящий момент — он долго его готовил. Ухнул, размахнулся, якобы открываясь, вскинул щит и нанес резкий удар по горизонтали нижней кромкой, вложив всю свою силу, — а она, помноженная на вес восьмикилограммового скутума, произвела сокрушительное действие. Да и место для решительного натиска было выбрано не случайно — возле южной трибуны. Альпийский Тигр явно такого не ожидал и на миг растерялся. Но и этого хватило, чтоб выбить из его руки меч. Толпа заревела, потрясенная зрелищем: мирмиллон в сверкающем шлеме, с окровавленной грудью вознес над головой клинок… Судья дал знак, и поверженный «фракиец», сбросив шлем, подставил шею… Виталий вздрогнул — а вдруг? Вдруг расчет не оправдается и установленные еще Лебоном законы толпы не подействуют? И… и придется убить? А сможет ли он вот так, просто, мечом по безропотно подставленной шее? Нет, не сможет. И не будет. И вообще — надоело все! Эти вопли дурацкие, этот кровавый песок, обжигающий ноги… Нет! Кажется, все хорошо. — Ви-та! Ви-та! — скандировали трибуны. — Жизнь! Аспирант улыбнулся: ага! Подействовало. — Вита! — громко провозгласил судья. Убрав в ножны меч, Тевтонский Лев снял шлем и, как учил не худший актер Эней, картинно отвел в сторону, с достоинством кланяясь публике. Прямо тебе артист, выходящий на бис. — Лев! Лев! Лев!!! О, толпа быстро забывает своих героев. — Тевтонский Лев! — Тигр!!! Фракиец!!! Вот и Северьян наконец поднялся, пошел, нарочно прихрамывая, к южной трибуне — благодарить поклонниц. Ох как те завизжали! Будто самого Джона Леннона увидели на пару с Маккартни. Виталий тоже двинулся в обход вдоль трибун, чувствуя, как хлынувшая сверху волна обожания накрывает его с головою. — Лев! Лев! Тевтонский Лев! — Тевтонский Лев! — громко возопил комментатор. — Запомните это славное имя, вы услышите его еще не раз! Прибежавший под трибуны Валерий обнял Виталия, едва только тот вошел. — Ну, поздравляю! Северьян, ты тоже бился достойно. Вы оба молодцы. Да, Тевтонский Лев! Помнишь, что я говорил о награде? |