Книга Вещий князь: Сын ярла. Первый поход. Из варяг в хазары. Черный престол, страница 531 – Андрей Посняков

— Покушать, это уж не взыщите, что после гостя останется, – усмехнулась Лобзя. – Инда, лепеху с молоком принесу.

— А Речке?

— Та уж с утра покормлена. – Лобзя с Онфиской переглянулись и прыснули, как и всегда, при упоминании рыжей смешной девки. – Ну, идите, идите, поторапливайтесь. Завтра с утра на луг пойдем, за корой, заодно покупаемся.

— Так холодно же уже!

— Ничего, оно и приятней будет, – запирая девок в большом амбаре, засмеялась Онфиска. – А не хотите, так и сидите тут сиднями. Мы и без вас коры наберем.

— Нет, нет, Онфисушка, – разом всполошились Любима и Ладислава. – Мы с вами. Речку бы еще взять…

— Ой, хо-хо-хо! Не надоть нам этой… Хо-хо-хо… Всю кору потеряем!

Захлопнув тяжелую дверь, Онфиска ловко вогнала в пазы засовец. Кинула заинтересованный взгляд на погреб:

— Тот-то как там?

— Спит, – прислушавшись, махнула рукой Лобзя. – Чего ему еще делать-то?

В усадьбе тетки Любомиры, огороженной высоким, но местами уже кое-где подсгнившим тыном, было целых два амбара – маленький, где держали Речку, и побольше – где сидели сейчас девки: большая, по обычаю, врытая в землю изба, с крытой камышом крышей, овин, просторный хлев с пятью коровами, что паслись сейчас на лугу, невдалеке за лесом. Присматривать за стадом Любомира и подумывала приспособить приблудных девок, когда попривыкнут маленько. Пока же держала их под присмотром, да под засовцем, в амбаре. Кормила, правда, хорошо, но и трудиться заставляла, не покладая рук, как и все здесь. То жать, то молотить, то перебирать полбу – работы на усадьбе хватало. В последнее время только, как посадили в погреб чужого парня, немножко отдыхали девки – не выпускала их хозяйка на двор уж совсем без присмотра, боялась – ну, как откроют погреб?

За воротами, уже совсем рядом, близехонько, послышались голоса, конское ржание.

Лобзя отворила створки:

— Ой, здоров будь, дядько Мечислав! Подарки нам привез?

— Все бы вам подарки! – Хозяйка незлобиво треснула зазевавшуюся Лобзю по шее, но, видно было, – довольна.

— Подарки в переметных сумах возьмете, эвон. – Мечислав кивнул на коня, которого спорая Онфиска уже привязывала к овину.

Остановившись у дома, Любомира окинула двор хозяйским оком:

— Мы поснедаем чуток, а вы сначала забор доделайте. Орая к стаду пошлите… Ну, а как доделаете, так уж ладно – выбирайте подарки!

— Ой, благодарствуем, тетушка! – враз завизжали девки. Не очень-то баловали их тут подарками. С утроенной силой они взялись за колья – поставили вмиг, даже про Ладиславу с Любимой забыли, впрочем, толку-то от тех – чуть.

Мечислав-людин с Любомирой, помолившись рожаницам и Роду, уселись за стол. Вернее, поначалу уселся один гость, Любомира выставляла яства – коровьи копченые языки, телятину, грибы, запеченные в горшке вместе с духовитыми травами, ржаные лепешки, вареную рыбу, орехи, сладкие палочки их затвердевшего сока лопуха, ягоды: малину, ежевику, смородину, ну и, само собой, бражку из тех же ягод. Забористую, духмянную, вкусную.

— Откушай, гостюшка дорогой, опосля о делах говорить будешь.

Мечислава не надо было упрашивать – проголодался с дороги, да и вообще сегодня не завтракал. Присев рядом, Любомира пригубила бражку да все подкладывала лучшие куски в стоявшее перед гостем большое деревянное блюдо, время от времени справляясь, вкусно ли?