Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 550 – Андрей Посняков

— Словно лазутчика готовим, – покачал головой Твор.

— А он и есть лазутчик, – хохотнул князь. – Свой среди своих. Ну, пусть хранят тебя боги, отрок!

Улыбнувшись, Ждан шмыгнул носом и быстро пошел в сторону русских позиций. Так и было задумано: его, младшего гридя, мало кто знал, тогда как запросто могли узнать недавно «погибшего» Твора, не говоря уже об Ирландце или – того хуже – князе, который, вообще-то, находился сейчас в своем шатре, разбитом на берегу моря. И кем был этот человек на самом деле, знал лишь молодой воевода Вятша, посвященный во все дела. Его и должен был отыскать Ждан.

— Стой! – Отрок оглянулся. Вышедший из-за кустов воин целился в него из лука. Двое других, крепкие молодые парни, стояли поодаль, выставив вперед копья. – Кто таков?

— «Детской» сотни воеводы Вятши вой! – как учили, откликнулся Ждан.

— «Детской» сотни, говоришь? – Опустив лук, воин недоверчиво осмотрел парня и подошел ближе. – Дай-ка сюда копьецо.

Ждан послушно протянул дротик.

— «Детский», говоришь? – усмехнулся страж и вдруг неожиданным приемом сбил отрока с ног, закричав:

— Вяжи его, ребята!

Навалились, заломили за спину руки, связали! Набилась в рот черная мокрая земля. Ждан сплюнул.

— Плюется еще, тварь. Во, смотрите-ка, ребята, лазутчика поймали! У, вражина.

— А откель ты знаешь, что это лазутчик, дядько Ноздряй? – спросил один из парней. – Он же говорит, «детский».

— Сам ты «детский», – нехорошо ухмыльнулся Ноздряй. – Вона, разуй зенки! Смотри, кольчужка-то у него не по-нашему вязана!

— И правда.

— Шелом тоже не наш, больно уж плоский, про копье я уж и не говорю – как есть ромейский дротик. А плащ? Тонкий, такой ни от дождя не укроет, ни от солнца палящего. Ромейский плащ! Так кто же это, как не ромейский лазучтик?

— Верно, дядько! Ух, гад! – Один из парней больно пнул Ждана в бок, да так, что едва не захолонуло сердце.

— Счас вызнаем, зачем он к нам пробрался, – с непонятным азартом потер руки Ноздряй. – А ну, тащите его к тому бревнышку… Так. Теперь кольчужку да рубаху сымите… Привязывай, привязывай к бревнышку… Помните, спрашивали, зачем мне здесь плеть? А вот и сгодилась.

Хищно ощерившись, Ноздряй со свистом раскрутил в воздухе конец плети, с размаху опустив его на спину Ждана. Отрок дернулся, закричал. Полетели вокруг мелкие капельки крови – удар сразу же рассек кожу. К кровавому шраму чрез всю спину тут же прибавился второй, затем третий.

— Ну? Так зачем к нам шел?

— Вятше… воеводе… скажу… – со стоном прошептал отрок.

— Нет уж, и нам сейчас скажешь. – Ноздряй гнусно осклабился. – А не скажешь, так, ровно пес, сдохнешь.

— Да не лазутчик я! – с обидой выкрикнул Ждан. – Вятшу, говорю, позовите… воеводу. Ему скажу…

— Ишь ты… – Ноздряй еще раз стегнул пленника. Тот дернулся, застонал…

Еще бы не застонать. Такая боль… жуткая. И ладно бы от врагов, а то от своих, что самое-то обидное. И ведь не расскажешь ничего – нельзя. Так и погибнешь здесь под плетью.

— Получай!

— Ну что же вы? Ведь я же свой, свой… ну неужели вы не чувствуете, неужели так глупо попался бы настоящий лазутчик? Или вам все равно, кого бить? Ну, перестаньте же, перестаньте…

— Здорово ты управляешься, дядько Ноздряй, – завистливо произнес кто-то из парней. – А дай мне попробовать.

— Пробуй, – пожал плечами Ноздряй. – Не, замахивайся не так, с оттягом… Во!