Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 397 – Андрей Посняков

Когда выбрались из бурелома, проглянуло сквозь густые осины вдруг клонящееся к закату солнце. Вечерело, но ночи в это время года еще стояли светлые, так что хорошо были видны массивные, черневшие за большой поляной столбы.

— Капище, – останавливаясь, благоговейно шепнул Зван. – Теперь уж недолго.

— Да видим, что недолго, дедушка Зван! – Твор проворно побежал на поляну, а проводник быстро поставил ему подножку.

Отрок споткнулся на бегу, упал, зарылся носом в землю. Гриди засмеялись. Улыбнулся и князь, видя, как, вытирая испачканное в грязи лицо, обиженно поднимается на ноги отрок.

— Ну, дедушка Зван…

— Не беги, куда не следует, – наставительно сказал Зван. – Не поляна то и не луг – болотина! Самая страшная в наших местах трясина. Так и зовется – Черный мох.

Хельги, опустив глаза, посмотрел на мох. А ведь и в самом деле черный…

— Как пойдем? – обернулся к проводнику Вятша.

— Есть там одна тропка… Идем, княже?

Князь, призадумавшись, почесал бороду. Потом вдруг загадочно усмехнулся.

— Говоришь, чем знатней человек, тем угодней жертва? Значит, други, все к капищу не попремся. Зван, тут есть еще тропы?

— Найдутся…

— Сделаем так…

Хельги явился к капищу лишь с полудюжиной воинов. Очистил сапоги от болотной жижи и, подойдя к покосившемуся частоколу, с любопытством осмотрел идолов. Один был каменный, вытесанный из серой глыбы человечище с широко расставленными руками, он стоял у самого входа, словно не пропускал нежелательных пришельцев. Позади него полукругом собрались божки из дерева – у каждого под ногами белели человеческие черепа. Посередине, за божками, возвышался четырехгранный столб с резным изображением сразу нескольких – ярусами – лиц на все четыре стороны. Этот-то идол, судя по всему, и являлся главным – возле него лежали человеческие и лошадиные кости. Вытащив из ножен меч, Хельги подошел ближе, поставил ногу на череп коня и застыл так, словно бы чего-то ждал. Послышалось шипение, и из глазницы черепа вылетел вдруг черный крылатый змей, целя князю в шею ядовитым жалом. Хельги отпрыгнул в сторону и взмахнул мечом. Впрочем, не понадобилось. Неведомо откуда просвистела стрела, поразив насквозь летучую гадину. Вытащив мечи, гриди плотней обступили князя.

— Не стоит меня защищать, не от кого, – неожиданно улыбнулся он и, обернувшись к частоколу, повысил голос: – Ты научился неплохо стрелять, Конхобар!

— Это не я, – отозвались из-за частокола. – Это мой страж… вернее, стражница.

Колья бесшумно разошлись в стороны, и в образовавшемся меж ними проходе показалась высокая фигура Конхобара Ирландца. Он был в обычном своем зеленом плаще и длинной тунике.

— Рад видеть тебя, – Хельги раскрыл объятия.

Ирландец похлопал князя по спине. Выглядел Конхобар осунувшимся, бледным, но тем не менее радостным.

— Дружина? – тихо спросил Ирландец.

Князь усмехнулся;

— Там, где и нужно, – в засаде.

— Значит, мы успеем схватить всех, – кивнул Конхобар. – И Малибора, и Карману, и всю голову заговора. Я так и думал, что ты сразу найдешь горшечника…

— Жертвенные кувшины?

— Ну да. Как же мне было не оставить тебе весточку, абсолютно непонятную остальным? Понимаешь, здесь, в Новгороде, образовалась такая клоака, что даже я не знал, как подать весть и кому верить!

— Кроме вот этой девушки? – усмехнулся князь. – Это и есть твоя стражница?