Книга Щит на вратах, страница 89 – Андрей Посняков

В залу, поближе к трибуне, прошли несколько седовласых мужчин в богатых парчовых одеждах.

— Вон тот, с благообразной бородой и добрым лицом, — патриарх Игнатий, — тихо комментировал Евтихий, — Слева от него, чернобородый, — доместик схол Христофор, зять базилевса, не так давно разгромивший войско еретика Хрисохира. Рядом с ним, маленький веселый толстяк, — паракимомен Эвзарх, влиятельнейший чиновник, властью ничуть не уступит военной власти Христофора. Во-он там, подходит к Игнатию, — эпарх Никандр, градоначальник. Весь цвет столицы! К сожалению, базилевса сегодня не будет — плохо себя чувствует. — Монах, сожалея, почмокал губами.

— Тсс! — на них зашикали. Начинался диспут. Никифор весь подобрался, словно почуявший добычу охотничий пес. Хельги с Ирландцем переглянулись — необходимо было действовать, не зря же они сюда пришли.

Не проявляя ни малейшего интереса к выступающим студентам, оба «компаньона», оставив Никифора отвлекать Евтихия, незаметно пробрались вперед, поближе к мерцавшей переливами парчи знати.

— Скучно сегодня здесь, — повернувшись к чернобородому Христофору, вполголоса заметил толстый Эвзарх и, добродушно усмехнувшись, признался: — Ушел бы, да сегодня мой сын выступает. — Обернувшись, он вдруг поклонился портьере, вернее, скрывавшейся за ней женщине с красивым надменным лицом и властным взором. Женщина кивнула в ответ, обведя зал таким ледяным взором, будто собравшиеся здесь все, как один, являлись государственными преступниками.

— Будь рядом с толстяком, — шепнул Хельги Ирландцу. — Я же займусь женщиной.

Незаметно передвинувшись назад, он прислонился к колонне, искоса наблюдая за незнакомкой. Та явно заметила его, но не подала виду. Князь передвинулся ближе, прикидываясь, что полностью поглощен диспутом. Интересно было бы знать, нравится ли диспут неизвестной красавице, или она заглянула сюда просто со скуки. Хельги затаил дыхание, услыхав еле заметный раздраженный вздох.

— Думаю, зря мы сюда пришли, — прошептала красавица, по видимости, служанке. — Пошло и скучно. И похоже, ни одного нормального человека, кроме паракимомена и эпарха — ну, эти-то пришли по должности — пустить пыль в глаза, как, впрочем, и гордец Христофор.

Хельги отыскал в толпе Ирландца, подошел, незаметно кивнув — идем, мол. Молил — лишь бы красавица уже не ушла, лишь бы хоть ненадолго осталась. По всему видать, это была непростая женщина и, вероятно, много чего про всех знала.

— Друг мой, Конхий, куда привел ты меня? — подойдя к колоннам, громким шепотом пожаловался князь. — Я хотел отыскать здесь светочей мысли и слова, а вижу лишь пошлость да скуку. И ни одного нормального человека, все какие-то…

Портьера за колоннами шевельнулась.

— Да-да, — повторил Хельги уже громче. — Я бы, быть может, ушел, да неудобно. Вот если бы был какой-нибудь другой выход, чтобы можно было исчезнуть по возможности незаметно, не обижая невниманием этих, по-своему славных, людей.

Хельги подал Ирландцу знак — мол, можешь идти. Сам же томно прислонился к колонне. Неужели ничего? Неужели он так плохо знает женщин?

О нет, пожалуй, неплохо!

Князь услышал за спиной зовущий шепот:

— Эй, монах.

Обернулся, встретившись глазами с некрасивой чернавкой — видимо, служанкой. Ну, и в самом деле, какая нормальная женщина будет держать рядом с собой красивую и молодую?