Онлайн книга «Ладожский ярл»
|
Подойдя ближе к девчонке, Борич провел пальцами по ее смуглой спине, размахнулся… Удар! Брызнули по углам ошметки крови, Малена дернулась, вскрикнула от боли. — Терпи, тля! — закричал Борич. Ударил еще — на этот раз сильнее, так что едва не перешиб позвоночник. Девушка упала на пол, закрывая рукою грудь, со стоном отползла к очагу. — Чего не вся заголилась, тварь? А ну… — Борич повелительно кивнул, раздувая ноздри, и Малена, встретившись с его взглядом, ощутила ужас — это был взгляд зверя! — На лавку! — грубо сорвав платье, приказал девушке Огнищанин и, не дожидаясь исполненья приказа, ударил… Удар — наотмашь — пришелся по левой груди и шее. Малена схватилась за ушибленное место, споткнувшись, упала, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться. Упала в очаг, больно обожгла левую руку о тлевшие угли. С дребезжащим смехом Борич размахнулся еще… Малена и сама не поняла, что это на нее нахлынуло вдруг? Может, устала уже бояться, может, уж слишком сильной была боль… а быть может, вспомнила давешнего светлоглазого парня. Не говоря ни слова, девушка схватила стоявшую у очага кружку и с неожиданной силой швырнула ее прямо в лицо мучителю. Тот схватился за лоб, охнул и, выронив плеть, беспомощно осел на пол. Со лба закапала кровь. — Ой, батюшки… — забыв про боль, жалобно вскричала Малена и, прихватив с собой разорванную рубаху, бросилась прочь. Выбежав из ворот, понеслась куда глядели глаза — мимо хором Торольва Ногаты, мимо кузниц, мимо зарослей лебеды, к рощице на вершине холма. Ужасом были полны темно-серые глаза несчастной, в спину ей яростно светила луна. Глава 10 ОТЪЕЗДЫ Июль 865 г. Приладожье К Гьюки ведут Зеленые тропы. Страннику путь Укажет судьба! С утра распогодилось. Зарядивший было к ночи дождь к восходу унялся, и сейчас тысячи маленьких солнышек отражались в лужах, сияли в росной траве, маленькими брильянтиками вспыхивали среди мокрых листьев. Чистое, умытое прошедшим дождем небо, лучась бирюзовой улыбкой, отражалось в синих глазах молодого ярла, с чуть заметным волнением наблюдавшего за погрузкой дружины в насады. Собравшиеся на берегу провожающие — многие дружинники рыли родом из Ладоги — переговаривались, смеясь, махали руками родным. Летели в дорогу напутствия, сотни глаз, не отрываясь, смотрели на воинов: отцовские — с гордостью, мальчишечьи — с завистью, девичьи — с затаенной тревогой. Хоть путь и не очень далек, да кто его знает, куда нынче сбирается Рюрик? Храпя, по широким мосткам поднимались в насады кони. Один вороной — молодой, почти не объезженный еще жеребец — скакнул вдруг в сторону, закосив глазом. Сбитый с ног слуга с шумом полетел в воду. В толпе засмеялись: — Как водичка, Жердяй? Чай, теплая? Не отвечая, мокрый Жердяй быстро выбрался на мостки. Вороного общими усилиями загнали-таки в насад, накрепко привязали. Чуть хмурясь, смотрел на все это Хельги. Конечно, можно было б отправиться и посуху, да слишком уж сырой выдалась прошедшая неделя, почитай, каждую ночь шли дожди, дождило и днем, пусть не так сильно, как ночью, но все-таки. Что там сталось с болотами волховскими — можно было лишь предполагать. Ярл не хотел рисковать и, не боясь показаться смешным, решил двигаться к Рюрику по реке, используя насады — большие суда с набранными бортами. Так не поступил бы славянский князь, предпочел бы пронестись берегом на быстрых конях, так не поступил бы и обычный викинг, вверив дружину судам, не захватил бы с собою такое множество лошадей. Но Хельги-ярл поступил именно так, как поступил, — без оглядки на чужое мнение. Умен был молодой ярл, умен и осторожен, хоть и не в чести подобное качество у норманнов. |