Книга Сын ярла, страница 103 – Андрей Посняков

Лишь иногда, лунными ночами, вспоминал Форгайл о своем предназначении и выл на луну, долго, тоскливо и страшно. Ведь поначалу все делал он, чтобы пробить брешь в душе сына Сигурда ярла, и, казалось, получалось, вот-вот — и все, и будет друид Форгайл Коэл обретаться в новом теле, а сын Сигурда так и сдохнет в бессловесном образе волка. И тогда… О, тогда начнется новая жизнь, пусть еще не скоро, но начнется, — и именно он, друид Форгайл Коэл, из гонимого у себя на родине типа превратится в великого конунга далекой и дикой Гардарики, которую он, с помощью древних богов, сделает еще более дикой, и толпы свирепых воинов, подчинясь мановению его руки, бросятся в поход во имя старой кельтской веры, во имя древних богов, давно проклятых в Ирландии святым Патриком. Реки крови потекут по всей Ирландии, от Коннахта и Ульстера до Лейнстера и Миде, и тогда заново воссияет сиреневым светом волшебный камень Лиа Фаль, и свет этот возвестит возвращение былого могущества друидов — забытых жрецов древней веры. Лиа Фаль… Этот камень сорвал-таки Форгайл с груди отступницы Магн, но сгинул волшебный кристалл в глубинах фьорда, на дне под Радужным водопадом. А может, и проглотила его уже какая-нибудь глупая рыба. Боги! О, древние боги! О, Кром Кройх, о, богиня Дану, о, Дагд, о, древние племена Фир Болг! Разве мало жертв принесли вам друиды, покидая Ирландию? Разве мало детских голов упало в широкие горла жертвенных кувшинов, разве мало вырванных из груди сердец окрасилось желтой пыльцой священной омелы? Так где же вы, боги? Где ваша помощь? Где? Где? Где? Неужто осталась дома, в Ирландии, где вас презирает любой мальчишка, поклонник распятого бога? Или вы испугались местных богов — Одина, Тора, Бальдра? Но ведь друиды принесли богатые жертвы и местным. Особенно владычице мертвых Хель и коварному Локи. Так, может быть, мало жертв?

Волк вдруг захлопнул свою клыкастую пасть. А ведь и правда мало! Последняя жертва Крому — двое детей — была принесена почти год назад! Это, конечно, если не считать тех жертв, что, по его словам, регулярно приносил старым богам младший жрец Конхобар. Да что толку от его жертв! Разве сможет он поднести богам человека, если этот человек предварительно не связан и не оглушен? Нет, Конхобар — жалкий друид, совсем не такой, каким был его давно погибший отец. И, очень на то похоже, ему понравилось жить здесь, в усадьбе Сигурда ярла. Разленился Конхобар, расслабился, совсем забыл, для чего оставлен в усадьбе. За это следует его наказать. Немножко погрызть, не до смерти, а так, чтоб понял. Чтоб вновь заиграл в его душе страх, чтоб приползал он на поклон прямо на брюхе, чтоб боялся, чтоб знал, чтоб верил!

Волк поднял голову и вновь завыл, на этот раз угрожающе, злобно, глухо. И вся стая, услыхав новый расклад, подхватила этот вой, как разбойничья шайка подхватывает разудалую песню. Этот многоголосый вой нарастал, поднимаясь все выше и выше к звездам, замер там на миг и сорвался вниз, затихнув в глухих урочищах Халогаланда.

Человек, пробирающийся светлой — как всегда в это время на севере — ночью к усадьбе Сигурда, вздрогнул, услыхав волчий вой, замер в кустах и какое-то время прислушивался, после чего, услышав стук захлопнутой двери, тихонько свистнул три раза. Закутанная в шаль женская фигура — черная на светлом фоне неба — в ответ махнула рукой, и прячущийся в кустах, оглядываясь, покинул свое убежище.