Онлайн книга «Сын ярла»
|
— Ведут уже! Вон он, этот Навозник. Ну и образина, как такого земля носит? Вот уж поистине — Навозник. — Можем ли мы выслушать его, уважаемый тинг? — Раб не может быть свидетелем! — Скьольд снова попытался забрать инициативу в свои руки. — А кто сказал, что это свидетель? Это же вещь. Только — говорящая. Как, например, грамота или рунический камень… Чем эта вещь хуже? — Молодец, Хельги, так их! Повинуясь воле собравшихся, Скьольд Альвсен махнул рукой. Хотят слушать раба — пусть слушают. Тем более что дело, кажется, оборачивалось совсем не в пользу Гудрун. — Я знаю, кто украл ожерелье и спрятал его в мешок сына Сигурда ярла, — подняв глаза, произнес Трэль Навозник, и все затихли. — И кто же? — вкрадчиво переспросил Скьольд. — Конхобар Ирландец, — твердо ответил Трэль. Некоторое время в толпе стояла мертвая тишина, а затем началось: крики, свист, вопли, озвучивающие самые нелепые предположения. — Так Ирландец пропал сразу после бури! — Вот, потому, видно, и пропал! — Бежал к Рекину, или еще дальше, в Скирингсаль. — Да нет, подался обратно на Эйрин. — Нет, скорее, к Хастейну, говорят, это его драккары видали в море. — А я всегда говорил: нечего принимать в род кого ни попадя… Скьольд переглянулся с остальными судьями. Пора было закрывать слишком затянувшееся собрание. — Мы, как и многие из вас, тоже поверили бы Хельги, — пожав плечами, заявил он. — И объявили бы его невиновным… Если б у него нашлось хотя бы несколько послухов, готовых подтвердить под присягой его честное имя. Но ведь таких, к сожалению, нет… — Есть! — Есть!! — Есть!!! Три друга — Харальд, Ингви, Снорри, — выйдя из толпы, встали рядом с Хельги плечом к плечу. — Есть. К ним присоединилась еще пара молодых воинов, из тех, что были в лагере Эгиля. — Стойте, и меня возьмите… — И меня… — И нас… Старый Сигурд, не скрывая слез, плакал от счастья. Эта змея, совсем отбившаяся от рук, Гудрун, едва не покрыла его род вековым позором. И только благодаря Хельги… Хельги… А в голове у Хельги по-прежнему били барабаны. Громко, жизнеутверждающе, яростно! Уже потом, вечером, когда от очага летели под темную прокопченную крышу яркие искры, Хельги попросил отца подарить ему одну вещь. — Вещь? Выбирай любую, сынок. — Я хочу единолично владеть рабом Трэлем Навозником. — Владей. Я сказал. — Отлично, отец! Слуги, позовите моего раба сюда. Пригибаясь, к очагу подошел Навозник — смуглый, черноволосый, тощий, — да, по меркам викингов, сущий уродец, ведь красивый человек должен быть белокур, светлоглаз и крепок. — Слушайте все! — Встав со скамьи, сын ярла положил на плечо раба правую руку. — Отныне и навсегда я объявляю бывшего раба Трэля Навозника равным и свободным человеком. И никто не смеет быть больше хозяином над ним! — Да будет так! — хором откликнулись друзья — Харальд, Ингви, Снорри… несколько парней с хуторов и прочие, и прочие, и прочие… Навозник даже забыл поклониться. В пол-уха выслушал Сигурда, разрешившего ему вести свое хозяйство рядом с усадьбой и пользоваться общим выгоном и местами для рыбной ловли. Не дослушал и выбежал из дому прочь. Во двор, за усадьбу. В новую жизнь, на свободу, на волю… В воротах усадьбы повстречал его Велунд верхом на белом коне. Проводил глазами и, переведя взгляд на дом, улыбнулся. Внутри дома уже раздавались первые пиршественные крики… |