Книга Варвар, страница 430 – Андрей Посняков

— Не слишком ярок костер-то? – облизав ложку, спросил сам себя Борич. И сам себе же ответил, вскинув голову и подозрительно посмотрев вдаль: – Не слишком. То не от костра свет, то зарево. Глянь-ка, брате, да хватит уже хворост зря жечь.

На том берегу реки, за низеньким лесом, мерцала широкая оранжевая полоса.

— Рассвет уже, – улыбнулся Гостой. – Скоро солнышко встанет.

— С той стороны, брат, солнышко-то не восходит – заходит.

— И правда… Так что же там такое? Пожар?!

Борич хмуро кивнул:

— Похоже на то.

— Тогда бежать надо! – тут же вскинулся младшенький. – Скорей!

— Не спеши. Видно же, горит-то не лес – город. Хорошо, что мы с тобой туда не пошли.

— Чего ж хорошего? Спали бы сейчас в тепле, в какой-нибудь корчемке.

— Может, и так, – не сводя тревожного взгляда с пылающего буйными сполохами зарева, тихо промолвил юноша. – Но, думаю, нас бы с тобой давно уже кто-нибудь захватил да челядинами-холопами сделал. Мы ж чужаки, без роду, без племени – некому за нас заступиться, окромя себя самих. С чужим городом мы не сладим… потому тут и сидим.

Гостой воинственно сверкнул глазами и повысил голос:

— И что тут высидим? Так и дальше, таясь, за чужим караваном пойдем скитаться? Знать бы еще – куда? Куда Радомир-князь с той гуннкой идут-то? Ты вот знаешь? Может, нам там и делать нечего? Может, давно пора от них отстать, да своим умом жить?

— Чего разорался-то? – охолонул братца Борич. – Может, и пора бы нам пристанище новое отыскать. Да только где? Ты селения в степи видел?

— Нет.

— И я – не видал. А вот здесь, по берегам да лесам – селений много. Наверное, пора и нам к какому-нибудь выйти, попроситься в род.

— Примут ли?

— Вот и я про то ж мыслю. А вдруг – просто в полон возьмут, в рабство или принесут в жертву. Ладно еще – своим богам, а то ведь – чужим, страшным, – юноша поежился, не поймешь, то ли от холода, то ли от ужаса от только что нарисованной самим же картины. – Мы, брат, здесь чужие, а с чужаками, сам знаешь, что хочешь можно сделать. И лучше всего – убить.

— Что ж нам теперь – вечно скитаться?

— Думаю, место хорошее надо искать. Не такое большое и опасное, как Данпарстад, град готский… но и не малое, чтоб не один род там жил, а много. Там и мы пристанище себе найдем, не последними людьми будем.

Гостой с сомнением качнул головой:

— Что-то никак не пойму тебя, брате. Чего мыслишь-то? То пристанем к кому-нибудь, то погодим, опасно. В лесу-то тоже не больно весело – не замерзнем, так волки сожрут или тати лесные нападут, убьют, ограбят.

— Да что с нас брать-то? Убить – да, могут, но вот грабить – никакого для татей толку.

— Вот, благодарствую, брат, утешил!

Братья так и не уснули уже до утра, все смотрели на зарево, а как рассвело, затушили костер да пошли ближе к реке. Где-то чуть в отдалении, на излучине, вдруг услыхали чьи-то громкие крики.

— Кажись, тонет кто-то? Верно, угодил в полынью.

Переглянувшись, парни схватили лыжи и бросились вниз, к реке, над которой клубились разносимые ветром клочья черного, противно пахнущего гарью, дыма. Горел, горел Данпарстад, гордая столица готов! Может, именно оттуда угодившие в полынью люди и спасались. Ишь, барахтались: сани, лошадиная голова, какой-то черноголовый мужик… нет, вроде – двое. И вокруг – никого! Только черная вода да зловеще сверкающие на солнце осколки льда.