Онлайн книга «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж»
|
— Яд? – через какое-то время вдруг послышался усталый женский голос. – Я… я просила, да… — Тогда пошли! – засмеялся молодой человек. – Яду, видишь ли, мы не нашли, так ты, если надо, сама себе купишь, ага? Ну, идем же! Или хочешь остаться здесь? — Нет… но… кто ты? — Ты еще спрашиваешь?! — Прости. Я поняла. Просто никак не могу поверить. — А ты постарайся. Ну? Что сидишь-то! У нас мало времени. — Цепи… — Ах, цепи… Тоже еще проблема. А ну-ка, Фридрих, займись! «Углежоги» уехали так же внезапно, как и явились, прихватив с собой брата Арнольда и освобожденную колдунью – Марту. — А все-таки с угольщиками славно вышло! – шумно радовался осмелевший Бруно. Брат Арнольд скривился: — Так бы гладко не сладилось, коли бы я вам про угольщиков не сказал бы. — Не сказал бы?! – без всякого почтения хлопнув монаха по шее, усмехнулся Фриц Колесо. – А куда бы ты, болезный, делся-то? Приговоренная к сожжению на костре юная ведьма Марта Носке неотрывно смотрела на город, словно не верила, что она – свободна. Да и свободна ли? Все эти люди, они явно не вызывали доверия, особенно тот здоровяк с квадратным лицом убийцы… или этот нахальный мальчишка. Господи… Марта тряхнула кудрями – что же она такое думает-то? Ведь эти парни только что ее спасли! Вытащили из узилища. А вот тот… тот… чужак… Он прекрасен и добр! Князь с улыбкой смотрел на колдунью… на молодую и очень красивую женщину в рубище, с бледным изможденным лицом и волшебными сверкающими глазами цвета настоявшегося чая. — Куда вы пойдете сейчас? Может, ко мне? Спасенная дернулась, обернулась: — Нет! Если можно, выпустите меня близ ворот Святого Якова. Как раз сейчас будем проезжать… — Вы пойдете в таком виде? – удивился Егор. Женщина улыбнулась: — Именно. Затеряюсь среди нищих, убогих и калек… — Ну, что ж… Бруно, придержи мулов… Ага! Что ж, – молодой человек вновь посмотрел на ведьму. – Рад бы вам хоть чем-то помочь. Прощайте. — Нет-нет, – спрыгнув с телеги, колдунья неожиданно взяла его за руку. – Я не прощаюсь, я вам… кое-что должна… должна исправить то, что совершила… что меня заставили совершить. Уже завтра, да… завтра… Вы сможете заглянуть примерно через час-полтора после обедни в таверну «Золотой колос» близ Птичьих ворот? Вожников улыбнулся – риторический оказался вопрос. Конечно же заглянет! Тем более ради встречи с такой женщиной, манящую красоту которой не смогли погасить ни пытки, ни тюрьма, ни лишения. Вечером закатили небольшую пирушку, обмывали удачно завершенное дело, а заодно – и принятие на службу новых – и весьма достойных – людей. Звенели бокалы. Стучали кружки. Рекою лилось вино. Взобравшись на скамью, юный Бруно с выражением читал стихи, Лерба пела, шумно веселились все! Даже не заметили, как сбежал брат Арнольд – не до него было. Да и черт с ним, кому он теперь нужен-то? Как говорил старик почтенный: Есть распорядок низменный, звонко декламировал Бруно: Которым ведет Господь… Пока живущий тешит плоть! – неожиданно подхватил Фридрих. Без меры ест, спешит напиться, Глядишь – и смерть за ним тащится… Так было с ними в этот час! — Вернер Садовник! Хороший поэт, мне тоже нравится. Пока господин Георг веселился со своими людьми на постоялом дворе, никому не нужный монах-доминиканец, брат Арнольд, сидел в одной захудалой корчме на улице Медников, что близ высокой ратушной башни Перлахтур, прихлебывал кислое пиво да поджидал одного человека, про которого давно уже кое-что слышал, но никому не докладывал – просто держал в уме. |