Онлайн книга «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж»
|
Покусав губу, Федор попытался со всей осторожностью подняться по лестнице. Увы, не удалось – ступеньки скрипели так, словно по ним повели слона! А там, наверху, вне всяких сомнений, разворачивалась весьма интересная беседа, дьяк это чувствовал так же, как великий князь Георгий чувствовал опасность. Говорили-то наверху громко, да вот беда, здесь, внизу, было не разобрать ни звука, один сплошной гул. Молодой человек уж и ухо к стене прикладывал, и выходил на улицу – может, удастся подслушать под окном. Тщетно! Напрасные хлопоты. Федор непроизвольно выругался, и тут вдруг взгляд его упал на дымоход. Взобравшись на плоскую печку, дьяк прислушался… Нет, не разобрать ни черта! Если только… если только пробить дыру! Недолго думая, герр Гульд схватил стоявшую в углу кирку, размахнулся… О, боже, какой грохот! — А ваш каменщик, я смотрю, вовсе не лентяй! Работает, да еще как. А вот теперь наконец-то стало очень хорошо слышно! Прижавшись к дымоходу, Федор напряженно прислушался. — Милая Агнесса, как мне вас убедить, что я не вожу с Михаэлем никакой дружбы? Он просто приходил по делам… — Я сначала заметила перстень… тот самый, с синим сапфиром… А уж потом проследила… — Говорю же – приходил по делам… как и многие другие. И с чего вы взяли, что… — Я видела его с той скуластой девкой! Два года назад, когда та… Ну, вы знаете… В голосе молодой вдовы явственно чувствовалась обида. — И что с того? – глухо возразил гость. – Мало кого с кем видели вместе. — У них явно были какие-то общие дела, – Агнесса упрямо настаивала на своем. – А, может, быть, они даже любовники. И что с того, что та драная коза некрасивая и тощая? — Пусть! – неожиданно разозлился конторщик. – Пусть у них были дела, пусть они даже любовники – нам-то с тобой какое дело? — Этот Михаэль – страшный человек, и он сейчас – рядом с тобой, рядом с нами… рядом с моими детьми! А с ним – та девка. Я боюсь. Якоб! Послышались приглушенные рыдания… потом звук поцелуев… успокаивающий шепот… слова… — Нет, милая, заверяю тебя, Михаэля давно уже нет в Любеке! Он уехал. Уплыл в Ригу, и много дальше – в Русию и Орду! Он никогда не появится здесь больше, клянусь! Не веришь? Так я прихватил с собой вексель – смотри. Это – его подпись – Михаэль Горский, а вот печать – отпечаток его перстня, а это – сумма… — Сто тысяч флоринов?! – вскрикнула Агнесса. – Сто тысяч? — Сто тысяч, – Якоб Штермеер усмехнулся. – И ты видишь банк… — Вижу… Москва и… Сарай. Где это? — В Орде… В Татарии. Вексель гарантирован самим великим князем или… Впрочем, это тебе вовсе не обязательно знать. Ну что, теперь поверила, милая? — Теперь – да… Ты меня прости, Якоб… Снова рыдания. Утешения. Лобзанья… — Ничего, ничего, милая, я тоже такой же недоверчивый. В наше время верить словам нельзя! Иное дело – бумаги. Да и то – не всякие, а ценные – векселя! — Векселя… – шепотом повторил Федор. – Михаэль, перстень с синим сапфиром, банки в Москве и Орде. И еще – какая-то разбойная девка, клейменная местным палачом. Девка… Девки-то он как раз и не видал… Но кто-то ведь огрел его камнем на башне храма Святого Якоба! Может, она и… А, может, и не она. Знать бы… Впрочем, он и так здесь немало узнал! Теперь – скорее на родину, перехватить «шильников»… или просто за ними проследить. Но – отыскать в любом случае! |