Книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж, страница 581 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Острожец предложил помощь, и дьяк с удовольствием воспользовался его судном, но дальше, здесь, в Любеке, предпочитал действовать сам. Он любил этот город, и когда-то, по поручению князя, провел в нем пару лет, что несколько осложняло дело. Хоть и прошло уже с тех пор больше трех лет, но что это за срок? Оставались знакомые, старые связи и, хуже того, некоторые, имеющие особый статус, люди из тайной городской стражи, что в свое время присматривали за Федором… Не помешали бы сейчас!

Впрочем, мало кто из старых знакомцев признал бы сейчас в этом статном, уверенном себе человеке со светлой бородкой того тщедушного юношу, что четыре года назад так любил любоваться изящной громадой городского собора, шпилями и аркадами ратуши, Голштинским воротами с забавными башенками, чем-то напоминавшими юноше далекую родину.

— Йоханнес Гульд, негоциант из Нарвы, – представился старший дьяк на таможне.

Под этим именем его и записали, а цель поездки «достопочтенный герр Гульд» указал расплывчато, как «расширение торговых связей» – перегруженным любекским таможенникам было вполне достаточно и этого.

Здесь же, на таможне, Федор узнал и адрес фрахтовой конторы господина Якоба Штермеера…

— Больничный переулок, герр Гульд, – охотно подсказал стоявший у таможни стражник. – Как раз возле церкви Святого Якоба, так что не ошибетесь.

Отблагодарив стража серебряным пфеннигом – «о, вы так добры, любезнейший господин, дай вам Бог удачи!» – дьяк быстро зашагал к ратушной площади, стараясь не отвлекаться на знакомые виды.

— Господин!

Черт! Неужели все-таки узнали?

— Купите чеснок, господин! Дешево. А с укропом так и вообще отдам за пфенниг!

Нет, не узнали. Всего-то – навязчивый зеленщик с тележкою. Новый. Молодой совсем, лет пятнадцати. А до парня, в прежние времена, был такой веселый тип… Генрих… Генрих Майер, вот.

— Спасибо, мне не нужен чеснок… А что герр Майер? Он раньше здесь торговал.

— Торговал! – улыбнулся юноша. – А теперь у него дом и лавка.

— Быстро!

— Так он еще и кредит взял. Теперь отдает потихоньку.

Понятно – кредит.

Быстро миновав ратушу – даже не задержавшись, чтоб полюбоваться аркадами – «герр Гульд» дошел до площади перед церковью Святого Якоба, послушал разговоры, смешавшись с толпой мелких торговцев и покупателей, и даже заглянул во фрахтовую контору, поинтересовался, сколько будет стоить нанять добрый когг до Стокгольма и обратно.

— А это, смотря как будут обстоять дела с обратным грузом, – оторвавшись от груды пергаментных и бумажных грамот, поднял глаза приказчик – чахоточного вида юноша в коричневом камзоле с нарукавниками.

Этакий деловой стиль – ничего лишнего, никаких кружев и украшений, однако ткань добротная, вовсе недешевая, да и в ухе у приказчика – изящная золотая сережка. Видать, доходы позволяли… ну да, грамотный конторский зарабатывал в год как минимум тридцать-сорок гульденов, это не считая комиссионных от каждой сделки. Этак лет за семь-десять можно скопить и на приличный дом! Или кредит взять…

— Эй-эй, уважаемый господин, вы меня слушаете?

— Да-да, конечно.

— Если обратный груз из Стокгольма ваш – одно дело, а если его должны будем подобрать мы, тогда совсем другое. Но лучше с хозяином перетолковать, он будет с обеда.

— К нему, верно, много людей. Многие спрашивают.