Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Ждете знаменитую Ай-Лили, сиятельный герцог? Сейчас она будет… Сейчас… Привстав, купец жестом подозвал управителя, и тот, почтительно кивнув, убежал куда-то за колоннаду, откуда почти сразу и выбрался на террасу, громко, перекрикивая гомон гостей, объявив: — И вот, наконец, несравненная Ай-Лили – танцовщица и певица! — Вах! – заволновались собравшиеся – те, кто еще мог испытывать хоть какие-то чувства. – Ай-Лили! Вах! «Белую верблюдицу» хотим. Вожников повернул голову: — Что за верблюдица такая? — Это просто песня, – тихо засмеялся хозяин бала. – Сейчас услышите сами, мой сиятельный господин. Светильники вдруг резко поумерили пыл – большую часть их проворно погасили слуги – за колоннадою глухо зарокотали барабаны, забили, зазвенели бубны, и под щемяще-грустный аккомпанемент домр и зурны на террасу выбежала босая женщина в длинной – с капюшоном – накидке из зеленой полупрозрачной ткани, расшитой золотистыми блестками. — Ай-Лили! – закричали гости. – «Белая верблюдица» Ай-Лили! Князь с интересом всмотрелся. Танцовщица поклонилась и, на миг замерев, резко вскинула голову, сбросив с себя накидку, и, пройдясь по краю террасы в танце, запела высоким голосом, чистым и звонким. Как пояснил купец, эту песню – «Лейла и Меджнун» – Ай-Лили исполняла по-персидски, и Вожников не понимал слов, однако мотив был хоть и простеньким, но запоминающимся и приятным. Как и сама певица – худенькая, большеглазая, озорная. На вид Егор дал бы ей лет двадцать пять – едва ли больше, а даже, наверное, и меньше. Длинные, разрезами, шальвары, браслеты на руках и ногах, ярко-зеленый, щедро расшитый жемчугом лиф, вставленный в пупок драгоценный камень. Черные, почему-то постриженные, волосы, большие антрацитовые глаза – Ай-Лили чем-то напомнила Вожникову французскую певицу Ализе в пору ее юности – действительно, была похожа, разве что здешняя гурия держалась и двигалась куда как изящнее. Закончив песню, Ай-Лили тут же затянула другую, о несчастной любви, а потом – в том же плане – и третью, после чего, резко упав на колени, на секунду замолкла и под одобрительные возгласы резко вскинула голову: — А теперь – песня о Белой верблюдице! Народ, похоже, только того и ждал – все сразу оживились, закричали, захлопали. Музыканты заиграли куда как активней громче, на террасе появились танцовщицы, одетые точно так же, как и сама Ай-Лили, разве что украшений на них было поменьше. — Белая верблюдица у меня жила, – затянул певица, – Белая верблюдица… Гости радостно подпевали, а Егор про себя недоумевал – и чего такого в этой песне? Чего ее так все ждали? Текст – явно текст, а не стихи – примитивный до неприличия, мотив – самый незатейливый, простенький, типа как у кого-нибудь из российской попсы, или… Нет, тут что-то другое было, что-то такое, что притягивало взгляды и слух, невольно заставляя подпевать: — Белая, белая верблюдица! Диско! Егор два не поперхнулся вином. Ну, точно – ритм диско. Эти повторяющиеся движения, куплеты… вот еще бы акцентировать барабаны – было бы очень похоже… ммм… скажем, на Сандру или СиСи Кейч, или даже на «Модерн Токинг». Да, что-то такое, несомненно, в музыке Ай-Лили слышалось, так, правда, едва-едва – но публике, несомненно, хватало и этого. Даже кади и везир подпевали, прихлопывали: |