Онлайн книга «Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник»
|
Наполнив бочку водою, так же, всем миром, потащили ее в баню, что, хоть и стояла близ ручья, а кадками-то на такую ораву водицы не натаскаешься! Лучше уж бочкой – сразу привезли – и всё. Баньку уже затопили, да и солнышко на небе высветилось, хорошее, апрельское, теплое. Егорка, как многие, рубаху сбросил, подставил солнышку плечи, а вот Вейно не заголялся – грех это. И так много нынче грешил, но то ведь – для хорошего дела, те грехи завсегда отмолить нужно, а вот этот-то – заголиться – без надобности. — Чего не загораешь? – умостившись на завалинке, Егорий толкнул нового друга плечом. – Стесняешься? — Нет. Не хочу просто. Прищурившись, карел посмотрел вдаль, лес, казавшийся густым и дремучим, на узкую, по колено в грязи, дорогу… — Интересно, куда она ведет? Далеко ль до посада? — Тсс!!! – испуганно оглянувшись, цыкнул Егорка. – Никогда ни у кого про такое не спрашивай! Убьют. Насмерть, плетьми… Карасай это любит. У-у-у, зверина! — И все же интересно… — Интересно ему… Ребята уже убежали в баню, либо дурачились в предбаннике, дожидаясь своей очереди, лишь новые приятели сидели на завалинке, глядели на солнце, болтали. — Чего не моетесь-то? – проходя мимо, добродушно спросил один из стражников. Другой, бывший за старшего – кривоногий, небольшого росточка, мужик с нехорошим – словно всех невесть в чем подозревал – взглядом – тотчас же оборвал, мол, не след со всякой теребенью разговоры ладить. — Я и не разговариваю, – обиделся стражник. – Просто так спросил. Что ты, дядько Глот, что ты! — Смотри у меня… — Да я ничего… я так просто… — Ага, – тут же смекнул Вейно. – Гляжу, тут и стражи друга дружку боятся. По всему, до посада здесь недалече. Не три же дня всех везли? От силы – едину ночь только. А дорожка эта к посаду и идет – больше и некуда. — Может – и к тракту какому… — Так тракт-то любой все равно на посад выйдет. И ручей… в реку впадает, а река… река – тоже дорога. — Да не вскрылись еще реки! Ручей-то, и тот едва ото льда отошел. Ой. Вейно… – помолчав, покосися на приятеля Егор. – Чую, что-то ты задумал, ага! Чего молчишь-то? Скажи! Мы с тобой друзья ведь. Карел отозвался уклончиво: — Может, и задумал. Может, и убежим с тобой… к лету ближе. — Вот это правильно, что к лету! — Посейчас же меня другое кручинит… Весточку бы родным подать – мол, жив-здоров, чтоб не тревожились. — Повезло тебе – родные есть, – покачал головой Егорий. – Правда и у меня – сестрица старшая, Устинья. Красивая такая, хорошая, добрая… эх… Верно, тоже беспокоится, ищет… иль уже и искать перестала, мол – сгинул. — Все же хотелось бы весточку, – юный карел все гнул свою линию. – Неужто сюда никакие охотник не забредают? А крестьяне местные? Что, усадебка-то – сама по себе живет? Ни в жисть не поверю! — Крестьяне, верно, заходят – видал я на дворе, в амбаре, оброки – масло, мед, куньи да беличьи шкурки, кожи… Мед да масло уже по малым крынкам розлиты, видать, сразу на торг повезут… как вот только дороги подсохнут. — А ведь скоро уже, – Вейно прикрыл глаза. – На таком-то солнце. Уже совсем завеснило, уже пробивалась на полянах трава, наливаясь густой сочной зеленью, вместе с травой раскрылись желтые пушистые солнышки мать-и-мачехи, набухли на деревьях почки, кое-где и лопнули уже, вот-вот готовые взорваться клейкой молодой листвою. По вечерам вовсю пели птицы, и солнце припекало уже, постепенно высушивая грязь на лесных дорожках, хотя невдалеке, под деревьями, все еще лежал снег. |