Книга Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник, страница 110 – Андрей Посняков

— Да кто бы против?! – не выдержав, закричал Громов. – Только где вы «Эулалию» продадите-то? Не связывайтесь, говорю вам. А, впрочем…

Что спорить с идиотами, которым привидевшиеся вдруг ни с того ни с сего шальные деньги затмили разум? Ишь, сволочуги – когда чуяли сильную руку, сидели себе тише воды, ниже травы, а тут вдруг почуяли волю. Корабль им… живой товар… А не жирно будет?

Бабах!!!

Снаружи вдруг донесся пушечный выстрел.

Двенадцатифунтовка! – выскакивая из каюты, определил на ходу лейтенант.

— Ну кому тут неймется-то?

Взбежав на корму, Громов обвел гневным взглядом всех, кто там в этот момент был – поселенцев и ссыльных…

— Сеньор Андреас! – Мартин Пташка боязливо показал рукой в море.

Андрей обернулся… И увидел по левому борту фрегат! Трехмачтовый, однодечный, стремительный, как и полагается фрегату. Подняв все паруса, фрегат быстро приближался, и вот уже стал менять курс, разворачиваться бортом…

«Готовится к выстрелу!» – увидев на корме судна испанский флаг, потерянно подумал Громов. Судьба…

— И что нам делать? – подойдя, тихо спросил Охейда. – Это испанский корабль… А мы – под английским флагом. Надо было спустить.

Лейтенант отмахнулся:

— Все равно не помогло бы. Интересно, откуда здесь взялся испанский фрегат? Наверное, охраняет Сан-Агустинскую гавань.

— А ничего нам не надо делать, – щурясь от только что поднявшегося солнца, Андрей посмотрел на чужое судно. – Они дали предупредительный выстрел. Нужно ложиться в дрейф, иначе…

— Что иначе?

— Сорок пушек… По двадцать с каждого борта – нас разнесут в щепки первым же залпом!

— И не уйти?

— А есть достойный по силе ветер? Это слабое трепыхание – не в счет. Да и фрегат слишком уж близок.

По всему выходило – сдаваться, геройствовать Громов вовсе не собирался – кроме пушек, на фрегате обычно еще человек полтораста солдат – опытнейших головорезов королевской морской пехоты. А на «Святой Эулалии» – пятеро ссыльных да два десятка переселенцев… И говорить не о чем. Тем более, кажется, некоторые как раз и собирались в Сан-Агустин – так что уж теперь спорить?

Неожиданно улыбнувшись, Андрей махнул рукою:

— Спускайте блинд! И снимите, наконец, английское знамя.

Гастилло Сан-Маркос – крепость Святого Марка, выстроенная еще добрую сотню лет назад для защиты гавани от пиратов, с высоты птичьего полета представляла собой сложенный из светло-серых камней квадрат с ромбовидными бастионами по углам. Вооруженный солидной артиллерией, форт не то чтобы представлял собой совсем уж непреодолимую преграду, однако же делал высадку морского десанта весьма и весьма затруднительной, а потому враги предпочитали обходить город по суше – так делали и французы, и англичане – два года назад губернатор Южной Каролины сжег Сан-Агустин дотла, и с той поры город еще не совсем отстроился, только крепость выглядела как новенькая… то есть как она обычно выглядела еще сто лет назад. Правда, и к ней уже начинали пристраивать стену, соединяя с единственными городскими воротами – все в целях безопасности, помня натиск неуемного английского губернатора.

Именно сюда, в глухие и темные подвалы форта, и поместили всех, снятых с борта «Святой Эулалии» славным фрегатом «Король Филипп», одно название которого не оставляло никаких сомнений в политической направленности местного истеблишмента. Ну конечно же, губернатор Флориды поддерживал Бурбонов! Как и все кастильцы, да – вообще-то! – большинство жителей Испании и ее колоний. Знаменитая «война за Испанское наследство» шла уже давно, и неизвестно было, когда закончится, – вот и укреплялись, как могли, да отстраивали потихонечку сожженный варварами-англосаксами город.